— Саид… — голос дрожал, но я попыталась сохранять спокойствие.
Он лишь кивнул, жестом показал идти за ним.
Я вскочила и направилась к нему, когда мы вышли из комнаты, в которой меня держали, я была уверена, что сейчас меня догонят и попросят вернуться. Но когда мы покинули сам аэропорт, я была удивлена, что выйти оттуда оказалось так легко и просто. Никто даже бровью не повел когда Саид пришел и забрал меня.
В машине было тихо. Саид сел за руль, я напротив, держась за ремень безопасности, сердце стучало как сумасшедшее. Он смотрел на дорогу, и лишь время от времени бросал на меня острый взгляд.
— Ты крупно попала, — сказал он наконец, голос ровный, но в нем сквозила опасность. — Здесь… кража таких вещей наказуема крайне строго. Ты можешь сесть на десять лет.
Я вздрогнула.
— Что? Как… как это возможно? Я точно сдавала эти часы! — слова срывались, дыхание стало прерывистым.
Саид повернулся ко мне на мгновение, его взгляд был холоден, но… странно мягок:
— Я верю тебе, Селена. — Он сделал паузу. — Но всё зафиксировано. Часы были обнаружены в твоем багаже. В аэропорту. Сейчас — только тюрьма.
Ток прошёл сквозь тело.
— Но… как так? Я же… Я точно их сдавала! Это какая то ошибка! - последние полтора часа и только и делаю, что пытаюсь всем доказать свою невиновность, повторяя одно и то же.
Факт против моих слов.
Он лишь развёл руками, сжимая руль:
— Не важно, что ты делала. Здесь это уже никого не интересует. Всё зафиксировано, бумага есть, камеры есть, свидетели. Ты на чужой земле. Закон здесь суров, Селена.
Я почувствовала, как холод поднимается по позвоночнику.
Мои руки дрожали, сердце колотилось, дыхание будто остановилось на полуслове.
— Значит выхода нет? — мой голос срывался, слёзы подступали.
— Есть один. Только один. — Саид посмотрел на меня. — И только он может спасти тебя от тюрьмы.
Я моргнула, не понимая, что он имеет в виду.
— Что… что ты имеешь в виду? — прошептала я.
Он замолчал на мгновение, а затем сказал тихо, но безапелляционно:
— Свадьба. Со мной.
Я ощутила, как мир вокруг внезапно остановился.
Всё происходило так быстро, что мой мозг просто отказывался принимать происходящее.
Полчаса назад я была обычной женщиной, которая только что прилетела в чужую страну и оказалась в заложниках обстоятельств.
Теперь я — жена Саида Бархана.
Мы сидели в небольшом зале, где юрист уже оформлял документы. Я держала руки на коленях, пытаясь не дрожать. Он рядом, спокойный, собранный, будто всё это — лишь мелкая формальность.
— Всё закончено, — сказал он тихо, почти ласково, глядя на меня. — Теперь всё хорошо. Сейчас мы подождём немного, и всё уляжется. Никто никогда не тронет мою жену.