Я читала эти слова несколько раз, не веря.
Каждая буква будто била в грудь.
Свадьба.
Сегодня.
В честь брака — создано персональное украшение, алмазное ожерелье, названное именем его невесты.
Я не сразу поняла, что плачу.
Просто заметила, как капли падают на клавиатуру, как пальцы дрожат, как дыхание сбивается.
Это неправда.
Это ошибка.
Это не может быть он.
Я обновила страницу.
Фотография не исчезла.
Его лицо не исчезло.
Он смотрел прямо в камеру — спокойно, достойно, как всегда.
Только теперь — не на меня.
Мир рассыпался.
Все наши вечера, разговоры, смех, всё, что я берегла внутри — вдруг стало иллюзией.
Как будто всё это время я жила во сне, а теперь проснулась в чужой жизни.
Мне было трудно дышать.
Грудь сжимала боль, будто кто-то вырвал из неё воздух.
Я не могла кричать, не могла даже думать.
Просто стояла, уставившись в экран, и чувствовала, как рушится что-то, чего уже не вернуть.
Я упала на пол и позволила себе заплакать по-настоящему.
Не от злости.
Не от обиды.
А от осознания, что всё закончилось — внезапно, жестоко, навсегда.
Любовь — не всегда свет.
Иногда она — пепел, оставшийся после того, как сгорело всё, что ты когда-то называла собой.
Я всегда мечтала об этом дне.
С того самого момента, как впервые вошла в университетские ворота — с кипой конспектов, с дрожью в руках, с верой, что смогу доказать себе, что достойна.
Красный диплом.
Для меня это было не просто достижение — это был символ того, что я не зря шла, не зря ночами учила, не зря боролась.
Но когда наступил день выпускного, я не чувствовала ничего.
Платье, туфли, улыбки вокруг — всё казалось будто из чужого фильма.
Я стояла в зале, где звенели аплодисменты, где говорили напыщенные речи о будущем и успехе, и думала только об одном: он здесь.
Я знала, что он будет.
Как выпускник, как представитель семьи, как человек, который всегда был в центре внимания.
И всё равно сердце забилось сильнее, когда я увидела его.
Саид стоял чуть поодаль, в безупречном костюме, с тем самым спокойствием, которое всегда притягивало меня.
Рядом — его жена.
Та самая, с фотографии.
Ламия бинт Фарис аль-Рашид.
Идеальная.
Безупречная.
С ледяной осанкой, как будто создана для витрин и титулов.
Он что-то говорил кому-то, улыбался — сдержанно, уважительно.
И даже когда я подошла к сцене, чтобы получить диплом, он не посмотрел.
Ни разу.
Я поднималась по ступенькам, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Я держала диплом — тот самый красный, о котором мечтала — и не могла радоваться.
Потому что весь смысл, который я в него вкладывала, оказался связан с ним.
А теперь — пусто.