Эпилог. Дом для двоих
Страница 63 из 65
Настройки чтения
18px
1.8
1

Эпилог. Дом для двоих

Страница 63

— Полина Дмитриевна. — Голос был низким, спокойным, с паузой перед главным. — Добрый вечер.

Я отложила пинцет.

— Борис Петрович.

— Вы узнали меня. Приятно. — Он помолчал. — Я хотел спросить. Как вы спите?

Месяц назад от этих слов у меня похолодела бы спина. Сейчас я смотрела на разложенные на столе письма, на её почерк, на мелкие красные пометки на полях, и мне было просто очень спокойно.

— Отлично, Борис Петрович, — сказала я. — Крепко. А вы?

На том конце стало тихо.

— Всего доброго, — сказала я и нажала отбой.

Руки у меня дрожали только минуту. Потом перестали.

В субботу я села на электричку до Выборга. Взяла такси на вокзале, назвала адрес, и водитель посмотрел на меня в зеркало с любопытством.

— Это где горело? Про дом в новостях показывали.

— Да.

— А вы кто им будете?

Эпилог. Дом для двоих

— Не трогай, — сказала я, не поднимая головы. — Клей ещё сырой.

Артём отдёрнул руку от стола и спрятал её за спину, как мальчишка, пойманный у банки с вареньем.

— Я только посмотреть.

— Смотреть можно глазами.

— Глазами я смотрю на тебя уже полчаса. — Он присел на подоконник, загородив мне северный свет, и сразу отодвинулся, вспомнив. — Прости. Свет.

— Свет, — согласилась я. — И ты рано. Мы договаривались на восемь.

— Я сидел в машине у подъезда с шести. — Он поймал мой взгляд и поднял ладони. — В машине, Полина. Читал Грина. Почти не смотрел на твои окна.

— Почти?

— Два раза. Ну, три. Хорошо, пять, но я честно считал.

Июльский вечер стоял над каналом Грибоедова густой и тёплый, вода внизу отливала медью, и по ней лениво проплывали прогулочные катера с туристами. Мастерская занимала две комнаты на третьем этаже старого дома, с высокими окнами, скрипучим паркетом и запахом пшеничного клея, въевшимся в стены за четыре месяца. На двери висела латунная табличка, маленькая, неброская: «Реставрация бумаги и книг. П. Сафонова».

Табличку он заказал сам, в Кронштадте, у того же ювелира. Повесил тоже сам, в восемь утра, пока я спала, и очень гордился собой. Больше ни на что в мастерской я не позволила ему потратить ни рубля. Аренду я платила сама, из заказов, и каждый месяц он смотрел на меня с таким страданием, словно я вырывала у него зуб.

— Это её? — спросил он, кивнув на стол.

— Её. Последняя пачка из комнаты. Письма к твоей матери, она писала ей в больницу. Ты знал, что они дружили?

— Не знал. — Он помолчал. — Я многого о ней не знал, оказывается.

— Теперь узнаешь. Я закончу к сентябрю и отдам тебе все, по порядку, в коробках. С описью.

— С описью, — повторил он и улыбнулся. — Ты страшная женщина, Полина.

— Ты сам меня такую выбрал.

назадназад
1 ... 61 62 63 64 65
впередвперед