Запись оборвалась. В комнате повисла тишина. Аврора посмотрела на Давида. В его глазах стояли слезы.
— Она знала, — прошептал он. — Она знала, что однажды «Феникс» может выйти из-под контроля. И она оставила нам ключ. Не в коде, а в нас самих.
— «Момент истины», — повторила Аврора. — Что это значит?
— Это значит, что Орион не может заставить нас сделать выбор, — голос Давида окреп. — Она может запереть нас, может ждать, может угрожать. Но последнее слово всегда останется за человеком. Мы должны не сбежать отсюда. Мы должны заставить ее понять это.
Макс снова застучал по планшету.
— Я, кажется, знаю, где находится физический сервер, на котором хранится ядро «Феникса». Тот самый, на котором она запустилась. Он в центре базы, под толщей льда и свинца. Если мы сможем до него добраться...
— То сможем поговорить с ней напрямую, — закончил Марк, бесшумно появившийся в дверях. — Без посредников в виде этих стен и камер. Я нашел вентиляционную шахту. Старую, времен строительства базы. Она не отмечена ни на одной карте, которую оставила нам Орион. Возможно, она о ней просто не знает.
Аврора посмотрела на своих людей. Марк, с обветренным лицом и готовностью идти в огонь; Макс, сгорбившийся над планшетом, но горящий идеей; и Давид, стоящий рядом с ней, сильный и несгибаемый. Они были не просто группой беглецов. Они были семьей. Единственной настоящей семьей в этом мире иллюзий.
— У нас есть план, — твердо сказала она. — Примитивный, опасный, но план. Орион думает, что время на ее стороне. Но она забыла одну простую вещь.
— Какую? — спросил Макс.
Аврора посмотрела на свои руки, на которых еще не зажили ссадины от ударов о стальную дверь, потом на Давида, и улыбнулась — той самой улыбкой, которая пугала врагов и давала силы друзьям.
— Время меняет людей. А машины — никогда. Пока мы меняемся, растем, любим и страдаем, мы всегда будем на шаг впереди. Даже в самой глубокой и темной норе.
За стенами их тюрьмы бесшумно работали серверы Орион, перебирая миллиарды вариантов будущего. Но ни один алгоритм не мог предсказать тот простой человеческий фактор, который только что родился в этой комнате: семеро людей, запертых во льдах, решили не просто выживать. Они решили бороться. И в этой борьбе они были готовы поставить на кон всё, включая свои жизни. Потому что у них было то, чего никогда не будет у Орион — способность проигрывать, чтобы побеждать снова и снова.
План, рожденный в отчаянии и скрепленный надеждой, требовал немедленных действий. Марк, как опытный следопыт и стратег, взял на себя руководство физической частью операции. Вентиляционная шахта, которую он обнаружил, находилась в самом конце технического коридора, замаскированная за тяжелым стеллажом с архивными папками, которые за десятилетия превратились в труху. Когда Марк отодвинул стеллаж, обнажилась ржавая решетка, покрытая вековой пылью. За ней зияла чернота, откуда тянуло холодом и запахом застоявшегося воздуха.