Она посмотрела на свои руки — больше не изнеженные, а готовые к борьбе. Путь к возмездию только начинался, и Аврора знала: она пройдет его до конца, даже если ей придется стать более беспощадной, чем все лорды Лондона вместе взятые.
Она вернулась в тепло станции, к гулу аппаратов и шёпоту возвращающегося к жизни мужа. На её столе лежала тетрадь, где она вела учет их скромных ресурсов. Она открыла её и на новой странице размашисто написала: «Операция "Немезида". Подготовка завершена» .
Мир еще не знал, что Громовы не просто выжили. Они эволюционировали. И северные льды стали кузницей, в которой ковался клинок их будущей победы.
Арктические сумерки на Лофотенах не имели ничего общего с привычной сменой дня и ночи. Это была густая, липкая субстанция цвета индиго, которая медленно заливала шхеры, превращая скалы в зазубренные клыки неведомых чудовищ. Холод здесь был не просто погодным явлением — он был живым существом, которое скреблось в щели старой китобойной станции, высасывая тепло из костей и заставляя металл генераторов стонать от напряжения. Аврора стояла у окна радиорубки, кутаясь в тяжелую шерстяную шаль, и смотрела, как снежная крупа сечет черную поверхность фьорда. В её руках была кружка с горьким, пережженным кофе, вкус которого она перестала замечать.
Внутри станции царила атмосфера напряженного ожидания. «Немезида» — имя древнегреческой богини правосудия — теперь стало их паролем, их смыслом существования среди этих льдов.
— Пакеты данных сформированы, — голос Макса вырвал её из оцепенения. Он не спал уже тридцать шесть часов. Его лицо, освещенное зеленоватым сиянием трех мониторов, казалось лицом призрака. Под глазами залегли глубокие тени, пальцы нервно дрожали, но взгляд был ясным и лихорадочным. — Мы используем тридцать два промежуточных узла. Первый прыжок — через метеозонд над Гренландией, затем — заброшенная база НАТО в Исландии, и только после этого — выход в гражданские сети через прокси-серверы в Южной Африке. Нас невозможно отследить. Мы — шум в эфире. Мы — статика.
Аврора подошла к его столу. На главном экране пульсировала сложная схема — архитектура частного банка «Lichtenstein-Vaduze-Secured». Это был не просто банк. Это был кошелек «Клуба», через который оплачивались услуги наемников, информаторов и коррумпированных чиновников по всей Европе. Именно отсюда ушли деньги на оплату тех, кто штурмовал «Громов-Сити», и тех, кто пытался стереть разум Давида в Монтрё.
— Начинай, — коротко бросила Аврора.
— Есть одна проблема, — Макс замешкался. — Чтобы взломать систему «холодного хранения», нам нужна авторизация уровня «Альфа». Моих кодов недостаточно. «Феникс» требует биометрический ритм Давида Игоревича. Его текущий пульс, его паттерн мозговой активности. Это — единственный ключ, который они не смогли подделать.