Се Юй забрал свой бланк и сразу лег спать за партой. Лю Цуньхао потирал ушибленный зад — только эта ноющая боль доказывала, что происходящее не сон. Это было правдой… самой настоящей правдой.
Улучив момент, когда Старина Тан повернулся к доске, он оглянулся на заднюю парту. В голове у него до сих пор стоял гул.
«Хаоцзы… сейчас ты меня не замечаешь, но придет время — и ты за мной не угонишься!»
«Для нас со Стариной Се набрать максимальный балл — не проблема».
«Я знаю, как это решать. Правда знаю. Давай сюда, покажу».
…
Лю Цуньхао опускал голову всё ниже, пока не закрыл лицо ладонями, и тихо выдохнул:
— Черт…
Се Юй и понятия не имел, какие драмы разыгрываются в головах одноклассников. Они с Хэ Чао намекали им кучу раз, но ребята сами отказывались верить, предпочитая увлекаться идеей «переломить судьбу».
— Ну и что теперь скажем? — Хэ Чао ткнул его ручкой. Лю Цуньхао сверлил его взглядом уже очень долго. Хэ Чао тепло улыбнулся ему в ответ и прошептал Се Юю: — Посмотри на Хаоцзы, у него такой вид, будто он готов меня придушить.
Се Юй, не открывая глаз, саркастично ответил:
— А что тут скажешь? Сказать, что ты всегда был гением?
Хэ Чао промолчал.
Утром в учительской Старина Тан тоже задавал им этот вопрос, но они не знали, что ответить. Промычав что-то невнятное, они замолчали. Классный руководитель решил, что у них есть личные причины скрывать свои способности, и давить не стал:
— Если не хотите говорить — не надо. Расскажете, когда будете готовы… Но о результатах экзамена я в любом случае обязан сообщить вашим родителям.
В итоге, когда учителя позвонили родителям, Гу Сюэлань повела себя очень сдержанно и вежливо извинялась: «Простите за беспокойство, учитель, мы доставили вам столько хлопот». Зато отец Хэ Чао с ходу заявил:
— Я знаю. Мой сын всегда был выдающимся ребенком.
От этого заявления Старина Тан даже опешил:
— А… хорошо. Рад, что вы в курсе, господин Хэ.
Прозвенел звонок с урока. Старина Тан как раз закончил объяснять тему.
Задав домашнее задание, он заметил, что ученики продолжают сидеть за партами как вкопанные:
— У вас сейчас физкультура. Чего сидите? Это на вас не похоже. Неужели так сильно полюбили мой предмет?
Когда Старина Тан собрал книги и вышел, Лю Цуньхао медленно поднялся со своего места как представитель класса:
— Может, объясните, что это было?
Стоило ему это произнести, как весь третий класс дружно повернулся к последней парте.
Се Юй впервые почувствовал, какая тяжелая и давящая аура исходит от его одноклассников. Смесь шока, чувства, что их обманули, и осознания того, что они сами упорно игнорировали слова этих двоих, — всё это смешалось воедино. Нахватавшись от Се Юя за время учебы его манер, ребята теперь явно хотели решить этот вопрос силой.