Братец Ван принялся рассказывать историю создания парка Бэйху и его главных достопримечательностей. Когда он упомянул дом-музей одного известного писателя:
— ...Вы наверняка учили его произведения, это он написал...
У учителя Тана мгновенно сработал профессиональный рефлекс — он готов был прямо в автобусе устроить им внеплановый урок литературы. Приподнявшись со своего сиденья, он отобрал у гида мегафон:
— Позвольте, я добавлю пару слов...
Весь класс дружно взвыл:
— Не давайте ему микрофон!!!
Лю Цуньхао едва не плакал:
— А ведь такой хороший день намечался...
Вань Да вздохнул:
— Да уж, всё так хорошо начиналось.
Среди этого всеобщего шума их руки под сиденьем незаметно соприкоснулись. Пальцы Хэ Чао скользнули между пальцами Се Юя и крепко сжали их.
Иногда человеку нужно совсем немного.
Простое прикосновение, один мимолётный взгляд и тепло, передающееся через кожу.
И внутри сразу становится тепло и спокойно.
В автобусе становилось всё шумнее. После того как Ло Вэньцян набрался смелости и отобрал мегафон у Лао Тана, класс окончательно сорвался с цепи.
— Давайте устроим конкурс песен! — предложила Сюй Цинцин. — Победителю достанется приз!
Все захлопали в ладоши, соглашаясь, но тут же поинтересовались:
— А что за приз?
Никаких призов, конечно, ни у кого не было, но караоке-баттл третьего класса разгорелся с нешуточной силой. Вокальные данные у большинства ребят были средними, и песни больше походили на завывания, но сами исполнители получали от этого огромное удовольствие. Учитель Тан тоже не удержался и с чувством исполнил песню «Незабываемая ночь».[1]
Хэ Чао не скупился на похвалу. Кто бы ни пел, он неизменно аплодировал и кричал:
— Отлично! Шедевр! Потрясающий голос!
Се Юй не понимал его восторга. Он слегка шевельнул пальцами, его костяшки упёрлись в ладонь Хэ Чао:
— Это ты сейчас издеваешься так?
— Вовсе нет, — шепнул Хэ Чао. — Это дружеская поддержка.
Тан Сэнь, воодушевлённый похвалой Хэ Чао, решил спеть ещё:
— Раз вам так понравилось, я исполню ещё одну...
Хэ Чао просчитал всё, кроме одного: учитель Тан оказался тем ещё любителем караоке.
— А? — растерялся Хэ Чао, когда сидевшие впереди ребята начали в шутку кидать в учителя пустыми пластиковыми бутылками.
Едва Тан Сэнь закончил, класс дружно переключился на последнюю парту:
— Чао-гэ! Твоя очередь! Спой, а то не по-пацански получается!
Хэ Чао согласился без колебаний:
— Да без проблем. Пою я, между прочим, великолепно. Слушайте и наслаждайтесь. Лао Се, какую песню хочешь услышать?
Се Юй никогда не слышал, как поёт Хэ Чао. Он интуитивно подозревал, что эта самоуверенность сродни его гордости за свой почерк: Хэ Чао мог называть свои каракули шедевром каллиграфии, хотя разобрать там ничего было нельзя. Но в глазах Хэ Чао сейчас читалось искреннее: «Выбирай любую, я спою её для тебя».