Хэ Чао испугался, что они привлекут внимание Лао Тана, и прикрикнул:
— Вы чего раскричались?
Лю Цуньхао со смехом поддержал:
— Уважил так уважил! Чао-гэ — мужик! Только сказали про ручки, а он уже взялся!
Ребята просто подкалывали учителя Тана и не имели в виду ничего лишнего. К тому же эти двое парней с последней парты вечно вели себя настолько по-панибратски, что могли спокойно схватить друг друга за руку прямо посреди урока, так что удивляться было нечему.
Тан Сэнь, глядя на этот балаган, лишь покачал головой с улыбкой. Делать замечания о дисциплине он не стал — пусть ребята отдохнут и повеселятся как следует, ведь поездка продлится всего один день.
При посадке в автобус девчонок пропустили вперёд, чтобы они могли выбрать места. Почти все расселись парами. Се Юй и Хэ Чао зашли последними, и свободными оставались только места на самом заднем сиденье.
Вань Да, устроившийся прямо посередине заднего ряда, активно махал им руками:
— Сюда! Идите к нам!
Се Юй оглядел салон:
— Других мест нет?
Задний ряд оккупировали Лю Цуньхао и остальные — самые шумные ребята в классе. Всю дорогу они наверняка будут орать так, что вздремнуть не удастся.
Лю Цуньхао уловил его взгляд:
— Юй-гэ, ты что, брезгуешь нашей компанией?
Се Юй честно ответил:
— Ага.
Они уже дошли до середины прохода. Справа от Се Юя сидела Сюй Цинцин, которая уже успела открыть пачку чипсов. Она громко расхохоталась:
— Ха-ха-ха! Сам напросился на ответ!
Хэ Чао тоже улыбнулся:
— Хао-цзы, ты сам во всём виноват. Зачем было спрашивать и лишний раз расстраиваться?
Лю Цуньхао:
— ...
Шутки шутками, а деваться было некуда. Когда все наконец уселись, автобус медленно тронулся с места, свернул в узкий переулок за школой и выехал на оживлённое шоссе.
Экскурсовод, держась за поручень, громко представился. Ребята запомнили только, что его фамилия Ван, и тут же начали дружно скандировать: «Братец Ван! Братец Ван!» Гид смущённо почесал затылок:
— Ну ладно... братец Ван так братец Ван.
Сонливость, навалившаяся ещё в классе, вернулась. Се Юй прислонился головой к стеклу, собираясь поспать, но Хэ Чао осторожно перехватил его голову и притянул к себе:
— Плечо твоего гэ-гэ тебе не подходит, обязательно нужно холодное окно?
Слово «гэ-гэ» подействовало как триггер: в памяти Се Юя мгновенно всплыли картины их недавнего поцелуя в супермаркете. Хэ Чао, сообразив, что сам ляпнул лишнего, неловко кашлянул.
Се Юй тоже смутился. И самым явным признаком этого смущения стало то, что сон у него как рукой сняло.
Автобус медленно полз мимо торговой улочки за школьными воротами. На ресторане «Чжуанъюань» всё ещё колыхался праздничный транспарант в честь окончания экзаменов. У дверей кафе «Цзиньбан» дремала бродячая собака, лениво приоткрывая глаза на прохожих.