— Идут, идут! Физорг, твои бегуны идут! — Вань Да со своим орлиным зрением издалека засёк две фигуры. — Наша общеклассная надежда идёт!
— Какая ещё «деревенская надежда»? — Хэ Чао подошёл и увидел, что весь класс — класс 2-3 — ровным большим кругом расселся на поле. Он тоже уселся и похлопал по резиновому покрытию: — Старина Се, садись.
— Длинный бег, три тыщи метров. Никто в классе не хочет бежать.
— Записывай, — Хэ Чао широко махнул рукой, крайне щедро. — Имя твоего братца Чао смело пиши куда угодно, на любую дисциплину.
Вань Да:
— Охренеть.
Лю Цуньхао:
— Мощно!
Ло Вэньцян перевёл взгляд на Се Юя. Тот безразлично бросил:
— Без разницы.
Слово «без разницы» было, пожалуй, самым ласковым из всего, что Ло Вэньцян когда-либо слышал из уст Се Юя. Он чуть не расплакался от умиления:
— Хорошо, записываю. С вас двоих — длинный бег. Плюс ещё... сейчас гляну... отжимания. Отжимания — нормально?
Спартакиада шла два дня, а значит — два дня без уроков.
Никто особо не горел спортом, но сама перспектива двухдневной отмены занятий породила живейший интерес; даже те, кто не собирался выступать, лезли вставить свои пять копеек.
— У соседнего класса на проход церемониальным маршем, похоже, заказали единую форму. Может, и нам сделать? — Сюй Цинцин особенно волновал внешний вид. — В чём угодно можем проиграть, а во внешнем виде — ни за что.
Вань Да добавил:
— У соседей ещё и «кроссдрессер-королева» заявлена. Может, и нам такого выставить?
Разговор уходил всё дальше в дебри.
Когда прозвенел звонок, так ничего толком и не решили.
Те, кто брал инвентарь, понесли его обратно в подсобку; Ло Вэньцян взялся пересчитывать и раскладывать. От широкого круга класса 2-3 почти никого не осталось — лишь несколько человек.
Вань Да подобрался к Хэ Чао и зашептал:
— Вообще-то, когда заговорили про кроссдрессера, у меня первая мысль была — братец Юй.
Хэ Чао:
— Хочешь сдохнуть — могу проводить.
— Да нет, ты пойми: всё дело во внешности братца Юя. Я не про то, что он бабский — ни разу не бабский, очень даже мужественный... — Вань Да перерыл весь свой словарный запас и не смог подобрать подходящих слов. — В общем, короче, мы с сестрицей Цин обе так подумали. Как думаешь, братец Юй согласится?
— Ты реально труп.
Хэ Чао добавил:
— Причём отправишься на тот свет с такой скоростью, какой и представить не можешь.
Сюй Цинцин, узнав эту новость, слегка расстроилась — но тут же смирилась. И родила свежую мысль:
— Раз уж самыми прекрасными в параллели нам не стать, сделаем самого эпатажного кроссдрессера — вроде «алмазной Барби»...
Ло Вэньцяну вдруг почудилось, что за спиной задул ледяной ветер.