Сумасшедшие боты перестраивали себя, воспроизводили, но никто, как и они сами, не знал, зачем они это делают. Назонов не стал задумываться об этом, просто отметил, что надо торопиться. Из памяти Назонова роботы уползали, как муравьи из своего муравейника, но, в отличие от муравьёв, без всякой надежды вернуться.
Может, и здесь, где-нибудь под снегом, жили колонии крохотных роботов, дезертировавших из армии или случайно занесённых ветром с нефтяных полей. Они тщетно старались очистить что-нибудь от нефти или уничтожить несуществующих мусульман по этническому признаку, но скоро забыли смысл своего существования. О них забыли все, и не было от них ни вреда, ни пользы.
Наконец Назонов нашёл избушку. Дверь отворилась легко, будто его ждали. Внутренность избушки была похожа на картинку из сказки: всё, что было внутри, топорщилось тонким пухом инея. Но первое, что он увидел, происходило из другой сказки, совершенно не детской, – перед печуркой сидел на коленях человек с электрической зажигалкой в руке.
Из электричества тут были только грозы – но до них было ещё полгода.
Человек был точь-в-точь как живой, только успел закрыть глаза, прежде чем замёрзнуть. Замёрзли дорожками по щекам и его последние слёзы.
Из открытой дверцы печки торчали тонкие щепки дров и сухая кора.
Назонов только чуть-чуть подвинул предшественника и принялся орудовать своим диковинным кремнёвым механизмом. Огонь разгорелся, замороженный незнакомец с помощью нового хозяина пересел на улицу, оставив у огня целый мешок концентратов. Но главным для Назонова были не чужая одежда и припасы, а то, что он на верном пути.
Ещё два дня он шёл по твёрдому льду в предчувствии находки – и внезапно обнаружил обветшавшие здания компрессорной станции. Отсюда на север вёл газопровод.
Внутри трубы были проложены рельсы, на них сиротливо стояла тележка ремонтного робота – большого, но с мёртвым аккумулятором.
С натугой нажав на штангу привода, Назонов медленно поплыл в темноте железной кишки.
Мерно постукивали колёса. Робот пытался напитать свой аккумулятор, поморгал лампочками да и заснул. Качая штангу ручного привода, Назонов подумал о том, что так и не попользовался чужим электричеством, – и в этот момент увидел тусклый свет в конце трубы.
Так Назонов добрался до края великого леса.
И в тот же момент, у среза трубы, где обрушилось какое-то большое здание, он увидел людей.
Они смотрели на него из-за кустов и стволов деревьев. Глаза их были насторожённы, но не злы, глаза ворочались в щелях головных платков и в узком пространстве между шапками и кафтанами.