Я добираюсь до второго этажа и поворачиваю в коридор.
И тут же налетаю на что-то твёрдое.
Не что-то. Кого-то.
Лев стоит прямо передо мной — в двух шагах, так близко, что я чувствую запах табака и чего-то ещё, грозового. Он в чёрной футболке, волосы влажные, будто он только что из душа. В руке — стакан с водой. Он смотрит на меня сверху вниз, и в его глазах — ни удивления, ни злости. Просто холод. И что-то ещё, чего я не могу прочитать.
Я отшатываюсь, но слишком поздно — моё плечо задевает его руку, и вода из стакана выплёскивается на пол. Несколько капель попадают на моё платье, и я чувствую, как холодная влага впитывается в бархат, оставляя тёмное пятно.
— Осторожнее, — говорит он ровно. Без эмоций. Просто констатация факта.
— Прости, — бормочу я, отступая на шаг. — Я не слышала, как ты подошёл.
Он не отвечает. Ставит стакан на подоконник — медленно, аккуратно, — и снова смотрит на меня. Его взгляд скользит по моему лицу, по волосам, по платью — и задерживается. На секунду дольше, чем нужно.
— Как погуляла? — спрашивает он.
Вопрос звучит обыденно. Слишком обыденно. Как будто мы — соседи, которые случайно встретились в коридоре. Как будто между нами нет ничего. Как будто он не застегивал мне молнию сегодня вечером.
— Нормально, — говорю я. — Весело было. Мама счастлива.
— Хорошо, — он кивает.
И вдруг протягивает руку.
Я замираю. Не понимаю, что он делает. Его пальцы касаются моих волос — легко, почти невесомо. Я чувствую, как он что-то вытаскивает — заколку. Ту самую, с блестящим камнем.
Он подносит её к свету. Камень сверкает в тусклой лампе.
— Выиграла? — спрашивает он, и в его голосе появляется что-то похожее на усмешку.
— Да, — говорю я. — В конкурсе.
— Поздравляю.
Он не отдаёт заколку. Просто держит её в пальцах, вертит, рассматривает. А потом — убирает в карман.
— Отдай, — говорю я, и мой голос звучит тише, чем я хочу.
— Зачем? — он пожимает плечами. — Она тебе не идёт.
— Это не тебе решать.
— Может быть.
Он делает шаг вперёд. Я делаю шаг назад. Моя спина упирается в стену коридора — холодную, гладкую. Отступать больше некуда.
Лев подходит ближе. Так близко, что я чувствую его дыхание на своей щеке. Табак. Мята. Что-то ещё.
— Ты сегодня красивая, — говорит он тихо. — В этом платье. Я видел, как ты выходила.
— Ты… — я сглатываю. — Ты подглядывал?
— Не подглядывал, — он усмехается. — Просто смотрел. Разница есть.
— В чём же?
— В том, что подглядывают тайком. А я смотрел открыто. И ты это знала.
Я молчу. Потому что он прав. Я чувствовала его взгляд. Чувствовала, как он скользит по мне — по спине, по плечам, по открытой шее.