Совсем юный маг, что тем не менее, выступал в авангарде по созданной им магией. То, чего он добился в направлении исцеляющей магии, было полностью его заслуга. Возможно в начинаниях ему и помогли некоторые Зенит, да Рокси, но как такое мог принять горделивый паренёк? Естественно никак. Это не мешало ему держать с первой и второй особо теплые отношения.
Первое, о чем задумался Нилрем очнувшись было то, почему его так долго не будили. Он проспал долго. Намного дольше обычного, если так подумать, это было целым событием. Никто его не разбудил и потому чувствовал слабость.
Мальчик вспомнил свой день рождение где ситуация казалась ему до боли знакомой. Словно в подарок, сон после утра являлся чем-то сакральным, чем обычный крестьянин не мог заняться, ведь у него была работа в поле, а если не в поле, то дома.
Свой день, Грейрат начал с подозрений. Таков уж этот человек. Сомнения рождали монстров в его душе. Невидимых и неосязаемые существ, готовых сожрать его в любую минуту. Но, Нилрем никогда не был параноиком. Он мог найти решение.
Поднявшись с кровати, тело, как, впрочем, и всегда, принялось за разминку. Сотканное из бесчисленных часов тренировок и испытаний, оно не было чем-то, что ожидаешь увидеть у паренька семи лет. Будем предельно ясны, Нилрем ни разу не походил на дитё семи лет, уж больно жестокие глаза, а поведение вызывало неподдельный интерес своей надменностью у взрослых. Но не только это. Тело мальчика служило ему опорой в жизни, и эту опору он всячески развивал, чем добился несоответствия в возрасте. Если судить по телу, мало что выдавало в нем глупыша семилетнего возраста, окромя ещё детского лица. Голубые глаза заприметили вещички брата, которые тот не забрал, не успел. Весело хмыкнув, мальчик вспомнил как отлупил брата и усадил его тушку в карету. Вещи были сделаны из магии земли, а сами они являлись дико устаревшими. Раритет. Хобби у Рудэуса оказалось не таким и извращённым, талант прорезался даже в том, как он смастерил штангу.
Закончив с буднями, его направление, подобно стреле, устремилось вниз, к столу. Поскольку он проспал приблизительно на три часа больше, очевидно за столом никого не оказалось. Не шутя с такими вещами, Нил прислушался. Из звуков, для него был слышен только один, и исходил этот звук со двора.
Замки петель тихо скрипнули, а в глаза бросился яркий свет, который на секунду ослепил его. Мальчик прикрыл глаза рукой, после чего, более широко раскрыл их. В саду Зенит игрались малыши. Аиша и Норн ползали на коленях за Сильфи, которая манила их сорванным длинным ростком травинки. Подобая кошкам, два комочка с разной шерсткой смеялись искренним смехом, уплетаясь за старшенькой.