И все же, сегодня она тучнее тучи вчерашней. Такого количества негатива было достаточно, чтобы он вырывался и в те моменты «идеальности и эталонности». А люди это замечали. Тени неправильно ложились на её лицо, улыбка наполнялась еле заметным фальшем и все в таком духе. Никто из её окружающих не ведал, что же за происшествие такое подкосило Грейрат. И спрашивать они не хотели, слишком неловко было, потому прохожие ученики и учителя в замысловатой форме выдумывали свои причины и истории пасмурного состояния девочки. Мелькали в воздухе всякие мысли, кто на что горазд.
Однако никто не мог по-настоящему понять, что грусть на девичью фигуру упала в тот же день, как ей довелось услышать от учителя о том, что её сестра отныне учится в той же школе, в тех же классах. И нет, тьма душеньки Норн не столь густа, чтобы не радоваться возвращению сестры, однако и веселиться ей почему-то не хотелось. Прошёл всего-то один день, она ещё даже не расспросила бабушку, где проживает Аиша, а все учителя уже нахваливали малышку, приводя её в пример для Норн.
«Опять началось…» вернее будет сказать, не опять, а снова, однако это имело точно такое же количество смысла, как и знание о пальце на руке. Абсолютно никакого.
Норн медленно передвигала свои ноги, казалось ей, те налились камнем, и ходить по светлым одиноким коридорам с каждым шагом было все сложнее и сложнее. Ей не хотелось видеть сегодняшний день. Желалось закрыть уши, спрятать глаза и прикрыть рот, отправиться куда-то в прошлое. Малышка Норн знала, что бабушка Клэр не обойдёт сравнение. Аиша объективно лучше Норн, и последняя это знала. Понимала всегда, с самого рождения. А может, и ещё раньше.
Чтобы по достоинству объяснить с чего все начиналось, по-доброму велению, должно сделать небольшой отступ. Мы не спешим, не торопимся. Как и сама Норн, за шкирку, нехотя тащила свое тело, на выход из школы.
Особо различия сестёр проявились в недалёком детстве, где Норн и Аиша учились магии у Мерлина — учителя в страшной (лишь для глазок Норн) каменной маске. В первое же знакомство, Норн боялась этого мага, её трясло от одного его силуэта, который преследовал её ночными страшилками, поначалу, вплоть до мокрой постели. Естественно, со временем Норн привыкла к странному учителю, который приходил раз в месяц, однако время на привыкание не дало ей развиться так же быстро, как это сделала Аиша. Уже тогда, Аиша привлекала к себе больше внимания, была лучше, краше и вообще умницей с которой обращаются с улыбкой.
Не просила Норн учить её невербальной магии, не просила сравнивать с сестрой. Однако она научилась молча колдовать, её все же начали сопоставлять с сестрой.