На палубе шастали шестерки Брэяна, сновали то сюда, то туда, по мелким поручениям. Они явно не спешили с криками «За босса!» Убивать преступников, и вряд ли будут. И все же, не они являлись центром. Первое за что вцепились глаза мага, была Карла с её ребенком. Перешерстив память на наличие имени последнего, Грейрат с удивлением обнаружил, что не знает имени спасенного им младенца. Что довольно странно, ведь ему доводилось частенько вот так стоять рядом с Карлой. Она ещё ни разу не называла его имени.
— Есть ли имя у младенца?
— Его звали Горнат, — опустив взгляд, женщина ласково провела пальцем по гладкой щеке младенца. Тот хихикнул, а за ним и сама мать улыбнулась.
— Горнат, ясно, — кивнув себе, Нилрем сошёл с того небольшого выступа, из-за чего парень вмиг уменьшился, да так, что был на уровне внушительной груди Карлы.
Мальчик обогнул Карлу, направляясь в трюм. Тяжелые мысли гнули его голову, отчего та глядела лишь на пол.
Мать младенца, тихо протянула к спине мальчика руку, но так и не решилась продолжить разговор, вновь отложив его на будущее.
Уже добрые две недели этот разговор только прибавлял в награбленном. Сперва женщина, как и положено, хотела отблагодарить Нилрема, пускай словами, пускай поклонами, но сделать. По-другому ей не позволяла совесть. Чем дальше заходило время, тем больше ей приходилось бы сидеть на коленях в благодарность. Он вылечил малыша, он вылечил её саму, подарил хлев и кров, но что самое важное, Нилрем дарил надежду всякому, на кого обратит свой взор.
Нечто нехорошее зажглось в глубине карих глаз Карлы. Что-то, чего не одобрил бы и сам Нилрем.
— Звали? — Роулз прогулочным шагом спустился на деревянную поверхность, и незамысловато выдал фразу.
Карла не с первой же секунды осознала, что обращаются к ней.
— О чем ты? — но, стоило охотнику повторить однословный вопрос, как женщина пришла в недоумение.
— Ты говорила, что малыша звали Горнат, вот мне и стало интересно, с чего так? — безобидный вопрос, которым Роулз вовсе не пытался зацепиться, как какими-то крюками. Просто, интуиция, скользнула по его щеке. Интерес, не более.
— Горнат, имя, которое он получил при рождении, — относя собственные глаза высоко в закатное небо, женщина предалась мелким воспоминаниям. — мой муж, к сожалению почивший, сам выбрал его ещё до рождения. Он всем сердцем верил, что родится мальчик, и не прогадал. Вот только, если бы родилась девочка, мне было бы трудно дать малышке это имя. Я уважаю собственного мужа, но все же раздумывала, как бы выдать ей двойное имя.
— Но все же обошлось, родился мальчик.