Шел четвертый день, после продажи повозок.
Очнулась Ссуна — дивный секретарь, который сам не верил в свою ценность. Нилрем лично допрашивал её. Особо жесткие методы не подходили, они претили Роулзу, да и самому магу, потому можно сказать, её просто брали измором и топили. Ссуна не была крепким орешком, как бы не храбрилась между сеансами. Однако она и знать не знала, какой кипиш в её честь поднимал Брэян. По всему городу уже висели плакаты о пропаже, стража города в каждом переулке высматривала её образ или силуэт, а также всякими способами доводили людей до белого колена своими расспросами.
Грейрат в удивлении узнавал, что скоро даже перекроют бухты. Все. Лишь бы найти её. Рассказал ему это кстати член той самой «могущественной» банды. Он лениво занимался поиском и совершенно точно не подозревал в краже или же убийстве десятилетнего мальчика. В общем, бытие ребенка приносило и плюсы и минусы.
И все же прорезалась занятная ниточка вопроса. А кто Ссуна для Брэяна? Просто его зам? Вряд ли, девушка сама говорила, что в последний год у неё все рушилось из рук вон плохо, такую можно и заменить. Лучшая подруга? Тоже неверно. Они с Брэяном на ножах… по крайней мере так говорит сама девушка и прохожие, которые изредка видели тех вместе. Любимая женщина? На подобное, Ссуна скривилась, как если бы греть постель своего босса не каждодневная рутина остальных «замов» женского пола. По людям в порту и ходили слухи, мол Ссуна лежит под Брэяном, вот он и оберегает её вечно, и не ищет кого получше. В общем оставалось не так много вариантов.
Народные волнения по всему городу колыхались, и всю неделю только о Ссуне и было слышно из каждого утюга. Ещё бы, это же целое событие, и каждому было интересно узнать, чем же этот цирк закончится.
Так вот…
***
Тихое утро начиналось не с кофе, и, к сожалению, не с чашечки чая. Тихое утро Винд Порт начиналось с пустых улиц, безмолвных птиц и орлиных ястребов, смотревших на низкий город, с высоты собственного полета. С этой же высоты Нилрем называл людей муравьями.
Прохладный ветерок нагонял мурашки по голым торсам демонов, а их тугие и хмурые взгляды, казалось бы, сосредоточились только на одной девушке.
Ссуна.
Ей же самой, внимание никогда не льстило. Она быстрее уверует в то что кто-то под шумок её сна вшил ей внутрь горсть бриллиантов, чем в то, что на неё смотрят с искренним беспокойством.
Её рот закрыт кляпом, а руки подвязаны сзади.
Напротив, целой банды головорезов, под тридцать голов во главе с Брэяном, стояло всего двое и заложник.
Нилрем. Роулз.