Видя будущее, ей не составляло труда уйти от цельно направленных атак, но вот от тех, которые наносили урон по области, увы физически сложнее убежать. Нилрем имел превосходный боевой интеллект, из-за чего интуитивно начинал понимать способность Киширики к предсказанию. Он атаковал взрывными хлопками пара или тем, чего просто так не заметить глазом.
Тело Киширики начало полниться царапинами и лёгкими покраснениями, в то время как на Нилрема и пылинка не упала. Лицо парня все продолжало оставаться бесстрастным и холодным. Он смотрел на неё сверху вниз, чуть задрав подбородок, будто подставляя его под удар. Киширика очень жалела, что в такую зазнавшуюся скулу никак не прилетит её праведный кулак.
— Тебе не победить, просто уклоняясь, — впервые раздались слова, после начала боя.
— З-знаю.
Типичный маг не мог так делать. Типичный маг слабее. На короткой передышке, где Киширика стерла пот с подбородка, её глаз вновь изменил свой цвет и узор. Это был глаз «Магической силы», он позволял оценить количество маны у любого объекта.
«У него ещё достаточно маны, мне его не осушить».
Простая тактика на изнурение теряет всю свою суть, если враг обладает подавляющим количеством маны или выносливости.
— Признай поражение и будь послушной девочкой, это все чего я от тебя желаю, — властно протягивая руку Киширике, он подобно милосердному отцу, прощал детский бунтарский период своей непослушной дочери.
Подул крепкий ветер, а ладонь девочки сжалась в кулак.
— Ни за что и никогда!
— Хмпф, а ведь я мог все сделать по-тихому…
В глубине глаза магической силы, постоянно отражалась спокойная мана Нилрема. Её огромный объем, напоминающий громадное, чистое, безмятежное озеро, ни с того ни с сего вдруг дрогнул, по поверхности этого озера прошлась дрожь. Киширика не могла выразить это в точных цифрах сию же секунду, однако приблизительные расчеты указывали на утечку одной двадцатой озера.
Да, только что, Нилрем потратил одну двадцатую от своего резерва на что-то. И от этого «что-то» по спине демонессы пробежали мурашки. Нехорошее знамение тут же пронеслось в её голове, когда она услышала мелкое потрескивание.
Грейрат резко хлопнул в ладони, отчего Киширика непроизвольно икнула, а после, неслыханный треск начинал постепенно нарастать.
Между ладонями, которые мгновение назад соприкоснулись проскочила серебристо-голубая искра. Разнося ладони дальше друг от друга, ионная дуга все росла и усиливалась. Температура подобного пучка плазмы, разогретого воздуха, вполне могла достигать немыслимых величин, таких как температура поверхности Солнца.