Остановился же Рутра по совершенно непонятной мне причине. Ему вручила лейку, поливать цветы в саду, преклонного вида женщина.
«Точно за сорок», подумалось тогда мне. Она и сама до нашего появления вполне успешно справлялась с этим… до убожества лёгким делом, но при виде мальчугана и вовсе, едва не запрыгала на месте, моментально поручая ему полить цветы. А тот, как какой-то болванчик, возьми и с улыбкой начни это делать.
— Слушай, парень, тебя ведь даже не попросили, — на мой взгляд, ему банально приказали взять лейку с ведром и пройтись по саду.
— А? Нет, я сам вызвался, потому должен закончить работу, — Рутра заставлял меня испытывать непонятные к нему чувства.
Но раз уж, провожатый оказался занят, как он говорил на «минут пятнадцать», я отошел к даме в возрасте, поспрашивать за местную жизнь. А оказалось, она не такая и мирная, и беззаботная, которую приписывал поселку Рутра. Мальчуган совершенно не знал о новостях, которые доходили к ушам этой подлой женщины, зовущей себя Катерина. Безрадостными новости были из-за недавнего шороха в близлежащей деревне. Мне по секрету, мол как смышлёному на вид пареньку, посоветовали не бродить по лесам. На вопрос «почему?» Ответ был дан, моментально. Там бродила группка бандитов.
Замышляла она что-то сделать соседям, но не получилось, в то время там проходил караван, а в караване был святой меча, не разглашается какого стиля, который и отвадил бандитов подальше. Неизвестно, сколько осталось людей бродить по лесу, но уже как полмесяца никого обнаружить не смогли.
Вот так, на палящем солнце, скидывая с себя капли пота, к нам подошёл и Рутра, улыбчиво протягивая Катерине её же лейку и пустое ведро.
Нас поблагодарили. Как-то выветрился тот самый участок памяти на котором мои внимальные уши, которые только и собирали информацию заслужили кусок хлеба, наравне с рыжим, который этот хлеб заслужил трудом. Нам на двоих выдали половину батона, который Рутра честно разделил по пути дальше.
— Тебе не кажется, что отдавать мне половину будет нечестно?
— Хочешь весь? — что самое удивительное, так это беззаботность и легкость с которой он это спросил. Даже Рудэус не такой добряк, как этот… — я могу ещё дать.
— Оставь себе.
Подозрительно косясь на Рутру и кусая хлеб, мои ноги сами, без моего на то ведома, сторонились пацана, пытаясь идти слегка в стороне.
Не знаю откуда Ученик Эктора понабирал все эти истории, поскольку о самом Рэ’Пал, он закончил говорить чуть позже ухода от Катерины. Тогда то мне и открылась истинна, что магов в деревне нет, а если и есть, то они по неведомым углам прячутся. Весь его дальнейший язык, продолжал традицию парада бесполезных имён, званий и их знаков отличия. Совершенно бесполезный поток информации я впитывал как губка, слегка припомнив подобным себя из прежнего мира, где информации было в десятки раз больше, чем могли выдать сотня таких же болтунов как Рутра. Одно оставалось стабильным, каждый раз, когда кто-то из старших замечал медную макушку, то либо звал его помощь с какой-то ерундой, либо неприятно кривил губой, молча впиваясь острым взглядом тому в спину. Последних было меньшинство, но видит всевышний Я, именно мне суждено примкнуть к той группе людей, которую крутит от подобного образа поведения.