«Чёрт. Да возьми ты меня уже за руку, пожалей, прикоснись ко мне хоть на секунду.» – уговаривала я этого хитрого лиса про себя, но он будто понимал, что этого делать никак нельзя.
– Ничего. С этим просто нужно сжиться. А с вами ехать я не хочу никуда. Мне хорошо здесь. Я и из дома уехала сюда, чтобы поменьше людей. Мои крестьяне люди куда более добрые, нежели свет, в котором мне предполагалось вращаться. Давайте не будем это обсуждать, Константин. Я не хочу.
– Понимаете, Вера Николаевна, ваше пожелание здесь не учитывается… – он замялся, но я теперь совершенно точно знала, кого вижу перед собой и чего ждать. Если мой план не удастся, я стану очередной подопытной. – Его Величество заботится о благополучии и здоровье своих подданных…
– То есть вы собираетесь везти меня силой? – я собрала все силы в кулак и хохотнула.
– Если придётся, сударыня, – с лица его сползла улыбка, витавшая на губах в течение всей нашей беседы. Передо мной теперь стоял человек без каких-либо моральных или физических ограничений. Он сделает всё, что задумал.
Дорога от реки к церкви показалась бесконечной. Каждый шаг Константина за спиной отдавался тревожным эхом в груди. Он держался поодаль, но его присутствие давило, словно грозовая туча.
«Знает ли он о моем даре? Потому, может, и держится на расстоянии?» – эта мысль вспыхнула внезапно и показалась очень правдоподобной. Может, эти ловцы людей с особенностями уже поднаторели в деле и знают, что нужно опасаться каждого их движения? Тогда у меня будут проблемы с реализацией своего плана.
Снова вспомнила, что проблему надо решать только тогда, когда она возникает. Тонкой струйкой медленно и бесшумно выдохнула весь воздух из легких. Вдохнула долго и представила, как легкие наполняются воздухом, вытесняя все мысли и заботы. Вроде стало полегче.
У церковной ограды толпились мальчишки, а среди них отец Василий, раздающий утренние поручения. Заметив нас, он приветливо улыбнулся:
– Вера Николаевна! А вас дед Прохор искал: бабушки завтрак принесли, – он тоже умело скрывал тревогу, а я, пока Константин был сзади, указала взглядом на Тимошку, болтающегося возле батюшки. В ответ он моргнул. Надеюсь, мой соглядатай этого не заметил.
– Благодарствую, батюшка. Не буду заставлять долго ждать, – я присела в легком поклоне, исподтишка наблюдая за Константином. К моему облегчению, тот остался у церкви, завязав разговор с отцом Василием.
В избе деда Прохора пахло свежей выпечкой и топлёным молоком. Сердце колотилось как бешеное, но я заставила себя сесть за стол.
«Силы понадобятся,» – напомнила я себе, накладывая на тарелку творог со сливками.