Половицы тихонько поскрипывали под ногами, а дед Прохор, сидя за столом, наблюдал за моими метаниями, прихлебывая травяной чай. Наконец его терпение иссякло.
– Что ж ты, барыня, себя изводишь? – проворчал он добродушно. – Утро только-только на свет божий выползло, а ты уже ноги стоптала. Погоди маленько, завтрак тебе принесут. А пока сходи-ка до речки, проветрись. Глядишь, и аппетит нагуляешь, – мне нравилось, что он иногда забывался и говорил со мной на «ты».
Я послушно вышла на улицу. Деревня уже проснулась, но народу видно не было: все при деле, кто в поле, кто по хозяйству. Невольно глаза мои обратились к церкви, где вчера остановился этот Константин. Я надеялась, что его экипаж уже укатил, но нет, стоял как вкопанный у церковной ограды, напоминая о неотвратимости моей судьбы.
Хитёр оказался этот служака из Тайной канцелярии: не зря выбрал ночлег у отца Василия, отрезав мне путь к единственному советчику. Сердце сжималось от мысли, что день-другой и повезут меня в Петербург, как преступницу какую.
Река текла спокойно и величаво, будто и не было в мире никаких тревог. Я присела на искривлённое дерево у самой воды, рассеянно наблюдая, как солнечные блики играют на речной глади. Как же всё изменилось.
Еще недавно я была уверена, что справлюсь со всем сама. Гордая, независимая барышня. Да, с внешностью проблема, но я ведь спокойна теперь стала, что проблему решу. Не всё сразу.
А теперь… теперь моя судьба в руках Александра, и остаётся только ждать и надеяться на его помощь. Против воли в голове возникали жуткие картины: сырой подвал, тяжёлые кандалы, впивающиеся в запястья, допросы… Я яростно трясла головой, пытаясь отогнать эти мысли.
Нет, нет, только не думать об этом! Александр обещал всё уладить. Я обхватила себя руками, хотя утро было тёплым. Страх холодными пальцами сжимал сердце. Что, если Константин раньше доберётся до Марии? Или его помощники уже допрашивают её, а Анна Павловна, переживающая за дочку, заставит Марию признаться. Да ещё и упомянет, что я просила клиентов для своего кабинета найти.
– Доброе утро, Вера Николаевна. Всегда так рано встаёте? – я вздрогнула всем телом, услышав знакомый голос за спиной. Сердце заколотилось как бешеное.
– Константин, разве можно так пугать? Не пристало господину вот так подкрадываться к даме, – я постаралась, чтобы мой голос звучал с лёгкой укоризной, скрывая настоящий страх. Даже недовольное выражение на лице мягко поменяла на заинтересованное. Скорее всего, барышне вроде Веры, скучно было бы в деревне. А тут собеседник.