— Посмотрите на лицо моего сына, на его руки! Настоящий кошмар! Как в вашей школе держат таких отморозков? — возмущались они.
Родители Ян Вэньюаня носили очки и выглядели как типичные интеллигенты, но вели себя совсем не интеллигентно:
— Мы слышали, что этот Хэ Чао постоянно дерется. Неудивительно, что он избил нашего мальчика! Почему его до сих пор не исключили? Чем вообще занимается администрация?
Сюй Ся стояла рядом и поддакивала им:
— Да, мы признаем свою вину, я обязательно проведу с ним воспитательную работу. Приношу вам свои извинения за неподобающее поведение моего ученика…
Хэ Чао не выдержал:
— Воспитательную работу? — усмехнулся он. — Да вы хоть имеете право кого-то воспитывать?
— Как ты разговариваешь с учителем?!
Ситуация зашла в тупик, но тут неожиданно объявился свидетель.
Лю Цуньхао постучал в дверь кабинета:
— Сюй-лаоши, вы меня вызывали?
Когда староста вернулся из учительской, одноклассники тут же обступили его парту:
— Староста, ты че, ходил давать показания против Хэ Чао?
— Ты реально видел, как Хэ Чао бил Ян Вэньюаня?
Лю Цуньхао поправил их:
— Нет, это было раньше. Я видел драку в прошлом году.
— Жесть, ну ты и смельчак.
Все наперебой загалдели, признаваясь, что сами ни за что не решились бы так рисковать жизнью.
— Да ладно вам, — вздохнул Лю Цуньхао. — Я долго сомневался, но справедливость должна восторжествовать…
Се Юй не любил давать оценку чужим поступкам. Его это не касалось.
То, что видят глаза, не всегда правда, а уж слухи — и подавно.
Когда они с матерью только бежали от долгов на Хэйшуйцзе, он думал, что там живут одни бандиты и отбросы, но бежать больше было некуда. Однако в первый же день Сюй Яньмэй с татуировками на руках принесла им тарелку горячих пельменей:«Я тут налепила побольше, хозяйка из меня так себе, но вы угощайтесь».
И эта забота продолжалась почти десять лет.
— Ну и чем все закончилось? Че теперь будет-то? — расспрашивали одноклассники.
Лю Цуньхао ответил тихо:
— …Его могут исключить из школы. Все очень серьезно.
— Исключить?!
Пока класс бурно обсуждал новость, Се Юй спокойно лежал на парте, уткнувшись в телефон.
Хэ Чао вернулся из учительской только через пару уроков. Когда он вошел, Лю Цуньхао как раз решал задачу у доски. Заметив фигуру Хэ Чао, староста так разволновался, что сломал мел в руке.
Но Хэ Чао даже не посмотрел в его сторону.
Лю Цуньхао облегченно выдохнул.
Се Юй засомневался, действительно ли ситуация с исключением настолько критична, ведь Хэ Чао как ни в чем не бывало продолжил играть в свою одевалку.
Зато Шэнь Цзе паниковал так, будто выгоняли его самого: