Се Юй убрал ладонь.
Хэ Чао забрал черновик и, небрежно сложив его, сунул между страниц учебника математики.
Он слишком долго притворялся отстающим — с самого первого дня десятого класса, — так что быстро выйти из этой роли было невозможно.
В девяти случаях из десяти все решат, что ему подменили мозг, или обвинят в списывании. Оправдаться будет нереально, ещё и потащат в больницу на обследование — проверять, всё ли в порядке с головой.
Се Юй понимал, что это вполне в стиле Хэ Чао.
Тот уже успел составить детальный план своего «постепенного и вдохновляющего» возвращения в ряды отличников, просчитав даже такие мелочи, как подняться на двадцать мест в рейтинге к зимней сессии.
— Мне на самом деле очень нравится стоять с тобой на перемене у позорного столба, — Хэ Чао посмотрел прямо в глаза Се Юю. — И я боюсь, что тебе будет скучно одному на задней парте. Так что двадцать мест — это, пожалуй, слишком быстро... Давай для начала поднимемся всего на два места.
Хэ Чао с самым серьёзным видом уменьшил свой амбициозный план на порядок, сведя его к единичному показателю.
Се Юй легонько пнул его под столом и покачал головой:
— На два места? С такой скоростью ты к выпуску как раз до тройки дотянешь.
Хэ Чао говорил это с таким естественным видом, что Се Юй на мгновение забыл: во всех этих наказаниях у позорного столба виноват был исключительно Хэ Чао, который постоянно втягивал его в свои шалости.
Так кто кого ещё прикрывал?
Хэ Чао внезапно позвал его:
— Лао Се.
Се Юй повернулся к нему.
— Помнишь ту глупую игру, в которую я раньше играл на телефоне?
Се Юй хмыкнул:
— Ты играл во множество глупых игр.
— ...
Хэ Чао замялся, а потом негромко произнёс:
— Пытаться делать кому-то добро своими методами... это далеко не всегда то, что человеку действительно нужно. Даже если ты вкладываешь в это всю душу и отдаешь последнее.
Это бывает глупо и эгоистично.
Се Юй откинулся на спинку стула и промолчал.
Обеденный перерыв подходил к концу. Кто-то на передних рядах начал громко хлопать по столу:
— Эй! Следующий урок ведь физкультура? Наша любимая физра?
Перед зимними экзаменами уроки физкультуры часто забирали другие учителя для подготовки по своим предметам, поэтому ребята особо ни на что не рассчитывали. Но сегодня никто из преподавателей не объявлял об отмене занятия, и в классе забрезжила надежда:
— Физорг, наша физра ещё жива?
Ло Вэньцян, обычно мгновенно реагирующий на слово «спорт», сегодня отозвался лишь после того, как его позвали дважды:
— Да, жива, всё в силе.
— С этой физкультурой целая драма разыгралась, — оживился Вань Да, усевшись поудобнее и закинув ногу на ногу. — Вообще-то этот час хотела забрать учительница английского. Но Лао Тан пошёл воевать за наш спорт, они в учительской чуть не подрались. В итоге Лао Тан победил, но самое забавное — он отвоевал этот час именно для того, чтобы мы побегали на улице. Англичанка едва не лопнула от злости.