— Всё, закончили.
Се Юй, всё ещё придерживая воротник пальцами, удивился:
— А?
— Ты фолишь.
Какие ещё фолы в бадминтоне? Се Юй не понял шутки, а Хэ Чао уже звал Сюй Цинцин:
— Цин-гэ, ты ведь хотела сыграть? Давай занимай площадку.
Сюй Цинцин и Сюй Цин подошли к сетке.
Сюй Цин, всё ещё думавшая о составе для выступления, набралась смелости и обратилась к Се Юю:
— Эм... Се-сюэчжан[2], наш класс готовит творческий номер на юбилей школы. Мы очень надеемся, что ты примешь участие. Мы готовы обсудить любые условия, если хочешь — поставим тебя в центр сцены...
Се Юй как раз надевал олимпийку. Он совершенно не помнил эту девочку, хотя они учились вместе уже больше двух месяцев, и даже имени её не знал. Но она смотрела на него таким искренним, полным надежды взглядом, что отказать было сложно. Она заметно робела, но всё равно упорно старалась договорить свою речь до конца.
Сюй Цинцин стояла рядом с Хэ Чао и с изумлением наблюдала за этой сценой:
— С характером Юй-гэ... Сюй Цин просто идёт на амбразуру. Очевидно же, что он откажется.
Но Хэ Чао лишь улыбнулся:
— Не факт.
Что именно Се Юй ответил культоргу, с их места слышно не было. Они увидели лишь, как Се Юй коротко кивнул, застегнул молнию на куртке и с ракеткой в руках направился к ним.
Се Юй бросил ракетку Хэ Чао:
— Пошли.
Хэ Чао поймал её и махнул рукой Сюй Цинцин:
— Пока, Цин-гэ.
Сюй Цинцин рассеянно помахала в ответ, а затем поспешно подошла к культоргу:
— Ну как?! Что он сказал?
Сюй Цин всё ещё стояла в лёгком оцепенении. Она пробормотала:
— Ущипни меня, пожалуйста...
— То есть... он согласился?!
— Похоже на то. Правда, ответил очень холодно, просто буркнул: «Как хочешь».
Список участников творческого номера от класса 2-3 быстро оказался у учителя Тана. Тан Сэнь несколько раз повторил, что главное — это участие и праздничное настроение, а не призовые места. После этого ребята начали активно репетировать на каждой перемене.
У участников этой творческой группы была одна общая черта: танцевали они довольно посредственно, но отдавались процессу с невероятным пафосом — каждый чувствовал себя звездой мирового масштаба. А когда Хэ Чао вставал во главе репетиции, класс мгновенно превращался в концертную площадку.
Один лишь Се Юй безучастно сидел на краю парты. Запомнив нехитрые движения, он практически не двигался и просто наблюдал за этим сумасшествием со стороны.
Когда Хэ Чао закончил свой очередной импровизированный танец и подошёл к нему, Се Юй протянул ему бутылку воды:
— Король сцены, чего стоишь? Иди дальше танцуй.
Хэ Чао без колебаний сделал несколько больших глотков прямо из горлышка, вытер рот ладонью и вздохнул: