Услышав «староста по учёбе», Се Юй тоже перестал притворяться спящим. Грохот отодвигаемых стульев не смолкал, в классе стоял дикий шум. Он выпрямился и посмотрел на место Сюэ Сишэна.
В ту ночь Дин Лянхуа доблестно ринулся в бой: огнетушитель выплюнул тучу порошка, весь коридор заволокло пылью. А когда сдёрнули простыню с «призрака», Сюэ Сишэн тихо-мирно лежал на полу.
— Кто ж знал, что это лунатизм, — сказал Вань Да. — Я впервые вижу, чтобы лунатизм покрывал такую огромную территорию. Если бы дверь общаги не запирали, он бы, наверное, и за школьные ворота с закрытыми глазами убрёл?
От поднятого ими посреди ночи шума проснулись в соседнем учительском корпусе Бешеный Пёс и Старый Тан. Оба примчались впопыхах: у одного ширинка не застёгнута, у Старого Тана тапки задом наперёд:
— Что происходит? Что за шум на ночь глядя? Чем вы тут занимаетесь?
Прозвенел предупредительный звонок. Все разобрали экзаменационные принадлежности и разошлись по аудиториям.
Се Юй из вещей взял только чёрную ручку.
Если бы мог, он бы и ручку не стал брать — иначе он правда не представлял, как ему «превзойти» Хэ Чао. Даже если отвечать с закрытыми глазами, всё равно наберёшь больше, чем этот тип.
— Там бланки закрашивать надо, возьми 2B, — Хэ Чао шёл позади Се Юя и сунул ему в руку карандаш[1], попутно делясь опытом. — Хотя что закрашивай, что нет — без разницы, но хоть пару баллов нагадать можно.
— Пару баллов?
— Семь-восемь.
— ...
На прежних экзаменах Се Юй всегда строго выдерживал нужный средний балл. Хотя он специально занижал результат, но не до совсем уж идиотских цифр — чтобы никто не принял его за клинического дебила.
В основном он держался в диапазоне «парень-то башковитый, просто учиться не хочет».
Даже госпожа Гу всегда считала, что её ребёнка ещё можно спасти.
Пусть ребёнок прогуливает, дерётся и плетётся в хвосте — это всё оттого, что он не слушает на уроках. Если бы взялся за ум, результаты точно были бы не такими, как сейчас.
Се Юй принял зелёный карандаш и, готовясь к контролю баллов, уточнил:
— У тебя сколько было на прошлых итоговых?
Они миновали классы с первого по восьмой, а их экзаменационная аудитория находилась дальше по лестнице — в самом последнем кабинете. При таком распределении по завучу Цзяну их аудитория представляла собой натуральный рассадник двоечников.
Хэ Чао:
— Итоговые? Да я и не помню толком. Вроде неплохо сдал, выше своего уровня.
Се Юй:
— Мм?
Хэ Чао:
— По английскому, кажись... сорок баллов?
Се Юй:
— ...
В рассаднике двоечников сидело разрозненно двадцать с лишним человек — и каждый был головной болью всех учителей. Мощный народ, каждый в одиночку тянул средний балл всего класса на дно. Оценка одного такого ученика практически определяла место класса в рейтинге параллели.