Выглядывает барчук в окно и видит свою машину у подъезда, отвечает жене, что хозяин вчерашних посиделок уже пригнал её по назначению. Однако глупая женщина, не слушая его, спускается вниз и, вернувшись, молча берёт его за руку и ведёт к автомобилю. Фары типа горят, играет внутри музыка, да и дверца не заперта. На сиденье же лежит пятидесятирублёвая бумажка. «Я же помню, – растерянно произносит барчук, – как сказал: „Спасибо, шеф“ – и захлопнул дверцу».
– Пятьдесят? Это когда ж было? Я тыщи помню, тогда были…
– Ну, в девяностом мог быть и полтинник, – отвечал рассказчик и продолжил: – Второй барчук вышел из дому и понял, что ему хорошо, жизнь прекрасна и путь домой лёгок и приятен. Слушая тихую музыку, ехал он по ночному городу, как вдруг увидел призывно машущий милицейский жезл. Нашарил права, денежку, но чувствует, что, хотя остановивший его капитан начинает говорить, не может проникнуть в значение его слов. Предъявил права. Капитан улыбнулся, продолжая говорить. Барчук снова показал ему права, капитан снова отвёл его руку и снова губами зашевелил… Права снова предъявляются, всё это длится, длится. Наконец, удовлетворённые разговором, они разошлись. Барчук поехал, музыку слушает, дыхание переводит и вдруг видит в зеркале, что у него на хвосте висит милицейская машина. Газует, понимаешь, со страху, но она не отрывается, снова увеличивает скорость, и он уже представляет, как будет задержан «в состоянии наркотического опьянения».
Машина сзади не отстаёт, и он решается – на полной скорости сворачивает в переулок, проносится по нему, продирается через мусорные баки, помойную кучу, прыгает днищем по какой-то лесенке. Сбавив скорость на неизвестной ему улице, посмотрел барчук в зеркальце… Пусто. Доехал до дому, нырк в постель.
Но утро начинается со звонка в дверь. На пороге возникает участковый.
– Ты вчера куда-нибудь ездил? – спрашивает он.
– Нет! – быстро говорит барчук.
– Ну всё равно сходи на машину погляди.
Тот спустился да и глядит, что к фаркопу тросом привязан бампер с ментовским номером. Толкнуть они его, значит, попросили…
Шоферы перекидывали истории, как горячие картофелины в руках, – и ни один не усомнился в рассказе другого. Не любо – не слушай, а врать не мешай. Хочешь – сам расскажи про нрав моторных масел или про специальные «жигули», что делали для кремлёвской охраны, – с особой коробкой на шесть скоростей. Рассказали о компакт-дисках, что отражали радары ГАИ, и про давным-давно застреленного гайца, который наставил измеритель скорости на кортеж Брежнева.