Это был праздник всего народа, да что там, многих народов, хотя именно русскими могилами усеяно всё пространство от Днепра до Дуная и от Каппадокии до Синая. Именно благодаря России был отвоёван Гроб Господень, и она вынесла на себе основную тяжесть трёхсотлетней войны. Об этом помнит степь от кургана до кургана, где в запахе чабреца спали каменные бабы в календаре былых времён и по ночам сходились жабы на поклон к их плоским ногам.
И вот свершилось, ситуация пришла к логическому завершению. Петя сказал, что он окончательно разобрался с посланием Майбороды. Следуя его указаниям, Петя отредактировал транслятор, и во время концерта на огромных экранах (а они действительно были огромными – один в качестве задника и ещё два по бокам на стенах) программа напишет: «Помни о прошлом» – на кориллице.
– Вполне невинно, – вздохнул Володя.
– А мы, кажется, и не хотим никого оскорбить, – парировал Петя. – Мы хотим продолжить дело человека, который считал, что мир разнообразен.
– Только мир поймал его – и цап-царап, – вступила Оля. – На всякий случай я заберу аттестат накануне.
– Да и я, пожалуй, тоже, – согласился Петя.
Володе нужна была ещё дополнительная характеристика, которую ему не успели подписать, так что он не успел разобраться с канцелярией.
Но оказалось, что в день праздника Оля и Петя вовсе не пришли в школу. Володя недоумевал, что с ними, неужто они струсили или решили, что за ними действительно следят.
Праздник прошёл как обычно – с трубами горнистов, с поздравлением от прелатов, только ансамбль «Юность» во всём этом не участвовал. Но в Гимназию приехала итальянская группа, так что пропажи никто не заметил. На экранах переливались латинские девизы (чаще всего всё то же «Si fueris Romae, Romano vivito more; si fueris alibi, vivito sicut ibi»), а время от времени появлялось лицо папы, который даровал всем электрическое благословение.
Володя позвонил друзьям, но их телефоны были глухо, беспробудно заняты, будто они вечно разговаривали друг с другом. Обиженный, он отправился домой.
На следующее утро Володя собрался в Гимназию за документами и уже оделся, как в дверь постучали. Ещё у себя в комнате он услышал странный звук, но не сразу понял, что случилось. Только выйдя и увидев незнакомых людей в прихожей, Володя понял, что это воет мать. Звук не соотносился с ней и вообще был несвойствен человеку.
У открытой двери стояли люди из святой инквизиции. Стало как-то сразу всё понятно, что-то в них ощущалось такое, что Володя мгновенно отличил незваных гостей от обычных людей. Сзади них стоял Виктор Степанович, но он смотрел сквозь мальчика, будто его там не было.