Итак, теперь у нас есть шанс, что единорог выживет.
– Как-то это унизительно.
– Ну так мы постараемся предотвратить саму угрозу. Это как ловля на живца. Как только набор Фальцфейна приготовят к работе, мы это почувствуем. А так – да. Может показаться, что никто не победил.
Через два дня мы ужинали вместе с новым хранителем музея прямо в его кабинете. Новый хранитель был тот самый мальчик с длинной тонкой шеей, болтавшейся в расстёгнутом вороте рубашки. Он ничуть не изменился с того утра, когда, семеня, вел их к кабинету Земляникина. Я с недоверием посмотрел на него, но старик успокаивающе кивнул: он наш, свой, можно доверять, не подведёт.
Они попрощались и пошли по аллее к дачному посёлку. Дачи и мастерские всё так же топорщились из-за заборов воздетыми руками статуй. Всё это давно стало странным островком внутри большого города.
Рядом из кустов выглядывала гигантская женская голова со ртом, раскрытым в ужасе – как на греческих масках. Мы прошли вдоль забора.
– Что мне нравится, так это то, что наш Академик купил участок у скульптора-минималиста.
– Не такой уж он был минималист. Помнишь историю с памятником? – заметил Академик.
– Помню, конечно. А ты знаешь, что было с этим скульптором?
Много лет назад какие-то бандиты заказали ему бюст своего товарища, погибшего в перестрелке.
Он сделал действительно хорошую работу, бандит вышел как живой – но при отливке бронзовый бюст треснул. На беду, это случилось за день до установки.
Скульптор чуть не поседел от ужаса, но вдруг придумал спасительный план: он покрасил бронзовой краской гипсовую копию и сам установил её на могиле.
Бандитам бюст очень понравился, а через неделю разразился знаменитый московский ураган, который всегда происходит в столице перед какими-то важными переменами.
И пока скульптор отливал новую короткостриженую голову, на пороге этого дома появились крепкие братки, и душа скульптора ушла в пятки. Но братки сообщили ему, что кто-то, воспользовавшись непогодой, украл с могилы бюст. Осталась, сказали бандиты, только лужа с кучкой бронзовых опилок.
Бандиты сделали новый заказ, и скульптор с чистой совестью поставил на могиле новый, уже готовый бюст. А ещё через месяц продал мастерскую и уехал, от греха подальше, в Америку.
– В Германию. Впрочем, мой мальчик, не верь ты ему. Всё было совсем не так. Это были вовсе не бандиты, да это и не бюст был…
В камине потрескивали дрова из супермаркета.
Наконец я встал, и старик посмотрел на меня с пониманием.
Он, разумеется, прочитал мои мысли и догадался, что мужская компания дала трещину.