– Полый человек, – продолжил грибник.
– Человек без свойств.
– Человек с бульвара опционов.
– А инструменты? – спросил я.
– Если бы Расторгуеву сказали, что это набор коновала (а это ведь почти правда), то он мог бы брезгливо выбросить содержимое.
– А кто же убил Земляникина? – спросил, не отрывая взгляда от дороги, Терехов-младший.
– Земляникина убил охранник Расторгуева. Ты его только что видел.
– И что? Его отдадут ментам? Или отвезут в лес? – Терехов бы не удивился ничему – это была не его игра, не его закон, а закон нечеловеческий и страшный.
– Ты знаешь, если бы у него был выбор, то, наверное, он бы предпочёл, чтобы его убили. Нет, он жив, только теперь он не вполне человек. Впрочем, не стоит тебе забивать голову этими подробностями.
– Леденящими душу подробностями! – театральным голосом подтвердил грибник, чем-то неуловимо похожий на Академика.
– Ну да. Одним словом, зло наказано.
– Теперь вернёте инструменты в музей?
– Да откуда ж мы их возьмём?
От удивления я чуть не выпустил руль.
– Что ж вы так радуетесь? Где же набор инструментов Фальцфейна?
– А набор инструментов у карлика-антиквара. Он удрал утром, и инструменты уже вне страны. Мы отследили их до Читы, затем набор Фальцфейна повезли на юг. Им нужен единорог на юге. Китайский единорог Ци Линь, я полагаю.
Грибник согласно кивал на заднем сиденье.
– Правильно ли это? Получается, что они победили?
– Совсем нет. Они потеряли внезапность, и потом, ребята из Второго отдела плотно займутся этим…
Я поймал себя на том, что мне совершенно не хочется знать, что это за Второй отдел.
Старик продолжил:
– Я сообщил Калимову, – (эта фамилия тоже была для меня лишней), – можно считать – единорог в безопасности. Не советовал бы я никому перебегать Калимову дорогу. Тут ведь такое соревнование: сначала побеждает зло, потом мы, потом опять зло, потом опять мы – и в этих колебаниях устанавливается хрупкое равновесие.
– А что ж вы не погнались за антикваром?
– Ты знаешь, мы часто вынуждаем людей сделать что-то более ужасное, чем они собирались. Вот после той Большой войны, когда ужесточили наказания за изнасилования, женщин стали убивать. Нет, их убивали и раньше, но тут появился мотив не оставлять живых.
– Что ж, надо меньше наказывать?
– Отчего же? Просто надо учитывать, что произойдёт потом. Мудрый лекарь Фальцфейн придумал щипцы и пилу для удаления аликорна – удаления, безвредного для единорога. Если мы лишим негодяев инструментов для безопасной ампутации рога, то они убьют зверя и попросту отпилят ему рог, варварски. Если Фальцфейн придумал, как это сделать, не убивая единорога, то без его сундучка, вернее, без его набора инструментов живодёры возьмут ножовку и будут пилить по живому.