Я зажмурилась. Перед мысленным взором вспыхнул образ другого дракона.
Лорд Дейран. Человек, за которого я должна была выйти замуж вместо Валериана. Тот, кто, как я теперь понимала, был моей единственной истинной судьбой. Тот, чей драконий рев разорвал ткань пространства и времени, чтобы дать мне второй шанс.
Я выпрямилась. Вдохнула глубоко, загоняя боль утраты на самое дно души. Она станет моим топливом.
Я быстро оделась. Туго зашнуровала корсаж, быстро заплела в тугую косу, чтобы волосы не мешали, и снова бросила взгляд в зеркало.
Нежная леди Аделаида Марцел исчезла. На меня смотрел грозная, женщина, готовая к битве.
Я распахнула дверь и шагнула навстречу своему прошлому, которое собиралась сжечь дотла. Игра началась, мои дорогие, и в этот раз правила устанавливаю я.
Глава 2
Я спускалась по широкой винтовой лестнице и направлялась к самому началу своей большой игры - в столовую к завтраку.
Воздух в родовом замке был густым, застывшим, пропитанным запахами, которые я знала с детства, но теперь воспринимала совершенно иначе. Терпкий аромат пчелиного воска от натертых до блеска дубовых перил, тяжелый, почти приторный запах увядающих роз в огромной вазе на промежуточной площадке и едва уловимая нотка озона, всегда предшествующая грозе в наших краях.
Мои пальцы скользнули по перилам. Гладкое, прохладное дерево было отполировано сотнями рук моих предков. Я посмотрела на их портреты, что суровыми рядами взирали со стен. Раньше я видела в них лишь пыльные изображения давно умерших людей. Сейчас же я смотрела им в глаза и искала ответ. Искала в них силу.
Вот мой прадед, лорд Орион, прозванный Железным Грифоном. Он в одиночку удерживал горный перевал против десятикратно превосходящего врага. А вот моя бабушка, леди Серафина, чья красота была легендой, но чей ум был острее любого кинжала. Она одним письмом разрушила могущественный торговый альянс, угрожавший нашим землям.
В моих венах текла их кровь, кровь воинов и стратегов, а я позволила себя превратить в безвольную куклу, в жертвенную овцу. Такого больше не повторится.
Чем ниже я спускалась, тем отчетливее становились звуки. Приглушенный звон серебра о фарфор и тихий, вкрадчивый голос Геры. Ленивый, чуть капризный смешок моей сводной сестры Маи, и гулкий, раскатистый бас отца. Он был дома, и он был живой, еще не сломленный интригами, еще не превратившийся в тень самого себя. Боль тугим узлом завязалась где-то под ребрами. Я спасу тебя, отец, клянусь в этом.
Последние несколько ступеней я прошла почти бесшумно. Остановилась в тени арки, ведущей в малую столовую. Отсюда мне было прекрасно видно их всех.