- Она - моя законная жена, - прорычал он так, что у меня по спине побежали сладкие, обжигающие мурашки, - И любой, кто попытается оспорить это право, умоется собственной кровью.
Тишина в зале стала осязаемой. Лорды переглядывались в панике. Политический расклад рушился на глазах.
- Это предатели! - завизжал Валериан, брызгая слюной. Его рука метнулась к эфесу парадного меча, - Государственные изменники! Они привели армию в королевский дворец! Стража! Убить их всех! Убить девчонку!
Королевские гвардейцы, очнувшись от ступора, с лязгом выхватили клинки. Еще одна секунда, и этот роскошный мраморный пол превратится в кровавое озеро.
Я судорожно вздохнула, призывая свою магию, готовясь выставить щит перед отцом и Дейраном. Огонь уже заскользил по венам...
- ОПУСТИТЬ ОРУЖИЕ!
Этот голос не принадлежал ни Дейрану, ни Валериану.
Он был слабым и хриплым, но в нем звучала такая, незыблемая власть, что гвардейцы Валериана замерли с занесенными мечами, словно наткнувшись на невидимую стену.
Небольшие, неприметные боковые двери, ведущие в закрытые королевские покои, медленно отворились, и в Тронный зал вошел король Матеуш.
Глава 39
Я мгновенно отпустила боевой запал и перенаправила всю свою магическую энергию на короля, мысленно сплетая тугую, прочную энергетическую нить, и бросив ее вперед, сквозь толпу, обвила вокруг его фигуры, появившейся. Я стала его невидимым корсетом, его позвоночником, вливая в его измученное тело свой драконий жар.
Толпах ахнула в едином порыве. Кто-то из фрейлин упал в обморок.
Король, иссохший, бледный как полотно, с глубокими тенями под глазами, которого все уже почти похоронили стоял в дверях и смотрел на всех величественным взглядом. На его простую белую рубаху был накинутый тяжелый королевский плащ, подбитый мехом. Он едва переставлял ноги, опираясь с двух сторон на плечи старых, преданных ему лично гвардейцев.
Но его глаза... Глаза монарха горели ясным, кристальным и беспощадным светом.
Валериан пошатнулся, словно получил физический удар под дых.
- Отец... - просипел он...
- Что щенок, понадеялся, что сгнию в своей постели? - хрипло, тяжело дыша, перебил его Матеуш.
При поддержке моей магии он сделал еще шаг вперед. Выпрямился, стряхивая руки гвардейцев, и твердо встал возле трона.
- Ты заигрался, сын, - голос короля был тихим, но в звенящей тишине зала каждое слово падало, как удар гильотины, - Ты решил, что можешь править, пока я задыхаюсь от яда, который ты же мне и подносил?
Советники в первом ряду ахнули и инстинктивно отшатнулись от Валериана, как от зачумленного.