Мая - дочь Валериана.
Моя мать убита Герой.
Король медленно умирает от яда, выпущенного стрелком.
Мой брак - это просто петля на шею отца.
А Дейран, мой Дейран, даже не подозревает, что его родная тетка готовит ему плаху.
Я навалилась на потайную дверь в своей спальне, с силой надавила на механизм и буквально вывалилась на холодный пол, тяжело дыша.
Дверь бесшумно закрылась, оставив позади мрак и смрад. Я лежала на полу, в роскошной комнате, залитой слабым лунным светом, и смотрела в потолок.
Я больше не плакала. Слезы высохли, оставив после себя лишь саднящую сухость в глазах.
Я вспомнила свою прошлую жизнь. Как я слепо верила Валериану. Как искала защиты у Геры. Как позволила им сломать отца. А потом они казнили и меня. Я сама, своими руками, выложила им дорогу к трону трупами своих близких.
Я медленно села, обхватив руками колени.
Еще несколько часов назад я думала только о побеге, хотела найти ход и сбежать к Дейрану.
Я истерично, беззвучно рассмеялась.
Сбежать? Куда? Чтобы они добили короля? Чтобы Гера убила отца, а Изольда вонзила кинжал в спину Дейрану?
События уже изменились. Моя встреча с Дейраном, и наша Истинность уже нарушили их планы. Они думают, что я слаба.
Я посмотрела на свои руки. На сбитые в кровь костяшки, на царапины от крысиных когтей. Я вытянула пальцы, и по моему желанию между ними заплясали искры. Не золотые и мягкие. А багровые, хищные, обжигающие.
- Вы хотели монстра, мачеха? - прошептала я в пустую комнату, и мой голос прозвучал так же мертво и холодно, как голос самой королевы Изольды, - Тогда получайте.
Я не сбегу. Я останусь на этот проклятый Отбор. Я буду улыбаться Валериану, кланяться королеве и терпеть ядовитую любовницу моего бывшего мужа, мою мачеху Геру.
Теперь нужно предупредить о заговоре Дейрана и найти кто мне поможет. А когда придет время… когда они будут уверены в своей победе… со своей новой силой я обрушу на их головы такой ад, о котором не слышали даже ведьмы Топких земель. В этот раз я буду бить первой.
Глава 24
Холод был первым, что я почувствовала, открыв глаза. Не тот свежий, бодрящий холод родного Севера, а липкий, пробирающийся под самую кожу сквозняк чужого дворца.
Я резко села на кровати, сминая пальцами шелковые простыни. Дыхание со свистом вырвалось из пересохшего горла. В ушах все еще звучали обрывки ночного кошмара, слившегося с реальностью: шипящий голос Геры в потайном коридоре, ледяной тон королевы Изольды, циничный смех Валериана.
Правда, ставшая мне известной была слишком тяжелой. Она давила на плечи, скручивала внутренности тугим, болезненным узлом. Я спустила босые ноги и, пошатываясь, подошла к высокому зеркалу.