— Есть у меня еще одна мысль, — пробормотал Гром. — Те, кто выживет… это навсегда. Они больше не заболеют. И их-то и стоит поить отварами. И приставить в помощь лекарям. Где трупы выносить, где накормить и переодеть. Если все помогать будут, то и сдюжим. Может быть.
Княжич кивнул устало. Ведун дело говорил. Так и поступят. Тем более, стражники все дома уже обошли, да и примерно известно, кто заболел первым.
Марика сама бы до дома не дошла, и она это понимала. Усталость навалилась на нее, как тяжелое одеяло, лишая последних сил. Хотелось горячего и спать. Но Ольг не позволял ей заснуть, тормоша и отвлекая глупыми бессмысленными разговорами. Явно волновался и слушать не хотел, что это состояние быстро пройдет, только дайте ей отдохнуть.
Привел домой, усадил возле печки и сам кормил с ложечки густой мясной похлебкой, пахнущей пряными травами. Воистину, Никитке нужно в ножки поклониться за то, что он нанял такую чудную повариху!
Ведьма пыталась сопротивляться, вяло отталкивала ложку и уверяла, что вполне способна поесть сама. Ей было стыдно и неловко, все смотрели на Ольга и не понимали, что он вытворяет. Даже когда он сказал, что Марика вылечила нескольких детей от красной язвы, взгляды не стали более приязненными.
— Ты бы сам поел, княже, — проворчала Марфа, ловко оттеснив мужчину от Марики. — Почернел весь, смотреть страшно. Али не слыхал, что недуг от сильного духом да сытого телом бежит? Сама я нашу лекарку накормлю, ты бы умылся, переоделся сходил.
Ольгу пришлось послушаться ключницу, хотя он явно не хотел оставлять Марику. Но вспомнил о чем-то, встрепенулся и выбежал с кухни.
— Ты взаправду лечить не только травами умеешь? — недоверчиво спросила Марфа.
— Умею, — кивнула Марика, забирая у старухи ложку и быстро доедая похлебку. — Но сил уходит жуть сколько. Поэтому я только своим буду помогать, да детишкам малым. На всех меня не хватит.
— Это славно, что Ольг тебя в доме оставил, — довольно кивнула Марфа. — Детки наши в безопасности, значит.
— Пока никто из наших не заболел. Если на улицу не выходить, то, может, и минует нас напасть. Главное, мыться почаще и не бояться ничего.
— Твоя правда, — кивнула старуха. — Ну, пойдем, я тебя переодену и спать уложу, ты же с ног валишься.
В кухню снова влетел Ольг (вот же неугомонный, он даже ходить спокойно не мог, только бегал) с двумя большими мешками в руках.
— Ты травы просила, это подойдет?
Марика сунула нос в первый мешок, чихнула и зло уставилась на княжича.
— Как это понимать, Олег? — ледяным голосом спросила она. — Это ведь мои травы. Не узнать их сложно. Мои травы, я их собирала, я сушила, я берегла для людей!