— Мальчишка умрет один. Второй вроде идет на поправку. Трав много, но на весь город не хватит, сама понимаешь.

— Дай взгляну.

Одного только прикосновения Марике хватило, чтобы понять: ведун прав. И дело не в болезни. У ребенка неправильно работает сердце, скорее всего, он болен с рождения. Спасти его не сможет никакой заговор.

— А колдунья сможет спасти? — с безумной надеждой вскрикнула мать.

— Не знаю. Но если и спасет, то знай: она заберет то, что даст твоему сыну, у кого-то другого. Кто-то умрет вместо него, ты готова это принять?

— Я сама готова умереть вместо него.

— Дура, — мрачно ответил Гром. — Другим твоим детям мать не нужна больше? Комнату проветрить и мыть полы утром и вечером. У мальцов постели перестелить, переодеть. Все, что можно стирать — прокипятить. Остальное сжечь. И обязательно кормить, лучше бульоном крепким, поняла?

Вышли со двора сердитые, переглядываясь с горечью и понимая: не раз еще придется говорить матери, что ее ребенок умрет.

— Сыпь.

— Красная язва?

— Очень похоже на то. И заболеют все в доме. И многие умрут.

— Девочка не умрет. Я силы в нее влила и заговор положила.

— Зря. На всех тебя не хватит, а душу себе растравишь, измучаешь. Дальше один пойду смотреть.

— На сколько хватит, стольких и вытяну. Только детей буду, им меньше огня нужно. Как думаешь, травы помогут?

— Не знаю. От красной язвы умирает девять из десяти. И один из двадцати не заболевает совсем. Если поить тех, кто еще не болен, то может и помогут. Ну и смотри, старший мальчик уже справился. Его точно нужно поить. Но где взять столько трав?

— В Бергороде несколько лавок есть, — подал голос Ольг, внимательно слушавший их разговор. — Я сам их обойду и скуплю все, что есть.

— Добре. Пойдем-ка в Черный окрай. Там, сдается мне, дела похуже будут.

Он оказался прав. В домах бедняков болели все, и болели тяжело. Пришлось даже вынести несколько тел уже умерших. Складывали пока в канавы, потом будут сжигать. Марика все порывалась помочь каждому ребенку, Ольгу пришлось выносить ее на руках.

Гром непотребно на нее ругался, а княжич молча прижимал к себе и укачивал, как малое дитя.

— Сколько лекарей в Бергороде? — устало спросил хьонн, покачиваясь. Как бы он ни ругал ведьму, у самого силы были уже на исходе. А ведь капля в море… скольким он смог помочь? Да и был ли в этом толк? Здесь, в холодных домах, на мокрых и грязных постелях, шанс выжить у людей был гораздо ниже.

— Никогда лекарей не считали, — задумчиво произнес Ольг. — А надобно бы. Всех на учет поставить, да во время эпидемий заставлять делом заниматься, а не по углам отсиживаться. Совету предложу подумать об этом. Потом, когда все закончится.