— Я так думаю, — сказала она медленно, и Фира с Рахилью перестали дышать, — шо твой папаша настоящий поц, раз решил дочке такую неинтересную судьбу!
[i] Извините (идиш).
Двадцать седьмая глава
Едва заметно покачав головой, Иосиф Филиппович отвёл глаза.
— Упёрлись, — выдохнул он и замолк угрюмо, пока Татьяна помогала снять пыльник. Прошаркав по паркету в разношенных ботинках в ванную, адвокат долго плескался, умываясь, и вернулся слегка посвежевший, но по-прежнему мрачный и неразговорчивый.
Горнишная наша уже хлопотала, накрывая в гостиной обед, и старик уселся на своё привышное место. Он молчал, пожёвывая дряблые губы, да мы и не торопили ево.
Жмурясь, Иосиф Филиппович медленно ел суп, по-черепашьи вытягивая вперёд худую, морщинистую шею. Расковыряв грешневую кашу с бараньей котлетой, да так и не притронувшись к ним, он вяло оживился, лишь когда Татьяна принесла пышущий жаром самовар и свои знаменитые пироги.
— Упёрлись, — повторил он, вытирая рот и откидываясь на спинку стула, — решительно не хотят ничево слушать, всячески затягивая дело.
— А может, и ну его? — предложил Коста, промокая испарину на высоком лбу.
Дёрнув щекой, Иосиф Филиппович снова пожевал губами, но всё же нехотя ответил:
— Не так всё просто, молодой человек. Частичная эмансипация оставляет лазейки для… — он задумался, подняв ввысь выцветшие глаза, — для слишком многово. Даже если толковать букву Закона беспристрастно, толкований этих достаточно, штобы при желании изрядно усложнить жизнь Егору Кузьмичу.
— Это в России, — перебил Коста, чуть подавшись вперёд, — в Африке, как я понимаю, ситуация несколько иная!
— Н-да… Неправильно понимаете, молодой человек, — покачал головой адвокат, — Частичная дееспособность не помешала Егору Кузьмичу получить офицерское звание, но это не вполне… да-с! Не полное признание!
— Иным чины офицерские ещё в люльке раздают, — прогудел опекун, сидящий каменным истуканом с мрачнеющей на глазах физиономией.
— Именно, Владимир Алексеевич, именно! — закивал старик, — Звания и ордена с пелёнок ничуть не мешают воспитателям ставить в угол, а то и пороть таких… офицеров и кавалеров за леность и проказы.
— Участие в боевых действиях, — начал было Коста, но адвокат только мотнул головой.
— В случае Егора Кузьмича можно предположить попытку оспорить… да к примеру, опеку. Да-с! Не вскидывайтесь, Владимир Алексеевич! Используя даже букву закона можно очень и очень здорово усложнить жизнь юноше, слишком уж непростая у нево биография, нда-с… Если же учитывать явную пристрастность судебной системы, можно предвидеть куда более широкий… спектр неприятностей.