– Ему не приходилось об этом задумываться. Правда, любовь моя? – Голос прозвучал сразу со всех сторон, эхом заметавшись между стенами лабиринта.
Ближайшая к нам дюна вдруг начала осыпаться, монеты зашуршали, зазвенели, оползая на пол, раскатились вокруг. Сначала на вершине серебряного холма появилась голова Малькольма, затем плечи, и наконец он показался во весь рост. Король вампиров взглянул на нас сверху с благосклонной улыбкой отца, который гордится успехом своих детишек.
– Да, я вампир, но когда-то был фейри. Магия – врожденный дар, ее заповедная песнь еще звучит в моих венах. Я использовал темную волшбу, чтобы создать это особенное местечко специально для Кингфишера. Здесь у него не было необходимости отвлекаться на столь докучные занятия, как сон и прием пищи. В пределах моей игровой площадки он не испытывал никаких естественных потребностей. Весьма предусмотрительно с моей стороны, не находите?
– Больше сотни лет в этой дыре без сна, дающего отдых и забвение? Да уж, предусмотрительно, – процедил Лоррет.
Малькольм безрадостно усмехнулся себе под нос:
– О, я мог бы придумать что-нибудь похуже. Ты даже не представляешь себе мои возможности, Лоррет Сокрушитель Шпилей. Да и это ваше путешествие к центру лабиринта мне ничего не стоило бы сделать куда менее приятным. Честно говоря, я думал, что Мортил задержит вас подольше. Но рад, что вы справились. Мы почти не успели заскучать.
– Козел долбанутый, – прошипел Кэррион едва слышно.
Позади Малькольма ветер взметнул золотистую копну волос, и показалась Мадра, облаченная в женскую версию золотых доспехов гвардии Зильварена. Кингфишер напрягся, крепче сжав рукоять Утешителя, потому что следом за Мадрой на серебряном холме появился Беликон в темно-зеленом камзоле и черных панталонах. У ивелийского короля уже не было раны в животе, он выглядел здоровым и бодрым. Губы самодержца презрительно кривились. Нацелив указующий перст на Кингфишера, он прорычал:
– Думаешь, меня можно убить спящим мечом? Простой клинок не возьмет никого из нас троих, пес. Мы – Триумвират. Три короны, один источник власти. Чтобы покончить со мной, тебе нужно убить всех троих, а это дело нелегкое.
– Я готов попробовать, – заверил Кингфишер.
– Ты так и не научился признавать поражение, сынок. Это всегда было твоей проблемой.
– Поражением будет считаться только моя смерть.
– О, вот этого я жду не дождусь, пес. Мне не терпелось тебя похоронить с тех самых пор, как твоя мамаша тобой ощенилась. Но теперь-то уж недолго осталось, скоро ты сдохнешь, и я повешу меч твоего отца на стену рядышком с твоим черепом. Алхимик тоже станет моим трофеем, и я заставлю ее сделать для меня столько реликвий, сколько потребуется. Втроем мы повергнем старых богов к своим ногам, и все миры во Вселенной будут нашими. А теперь можешь высказать пожелание по поводу собственной смерти. Как предпочитаешь расстаться с жизнью – на коленях или мордой в грязь? Выбор за тобой.