Мы втроем оторвали взгляды от толпы праздновавших победу фейрийских воинов в поисках источника голоса. Много времени не понадобилось, чтобы его найти. Женщина в рубиново-красных одеждах стояла напротив нас, на другом берегу; ее длинные светлые волосы реяли золотым стягом на ветру.
Это была Эверлейн.
И ее окружало не меньше сотни вампиров.
Рэн и Кингфишер одновременно выругались себе под нос при виде Эверлейн. Ее рот был приоткрыт, но теперь она молчала; прекрасное лицо искажал смертельный страх. С излучины, где от Ивелии до Саназрота было рукой подать, в самом узком месте Дарна, ее тонкие черты можно было легко рассмотреть – и понять, что она напугана до смерти.
Черная воронка с треском завертелась перед Кингфишером. Он уже готов был броситься в теневой портал, но Рэн ухватил его за ремень на доспехах:
– Не будь идиотом! Портал не выпустит тебя на том берегу. Боги знают, куда он тебя закинет!
– Да, верно. – Кингфишер отбросил его руку. – Я переплыву реку!
На этот раз Рэну пришлось схватить его обеими руками за плечи и встряхнуть:
– Именно этого им и надо. Как только ты окажешься на том берегу, не сносить тебе головы. Там не будет действовать твоя магия – и что тогда?
– Тогда я голыми руками буду рвать их гребаные глотки и сложу гору из гниющих тел! – прорычал Кингфишер.
– Лейн убьют раньше, чем ты успеешь истребить хотя бы десяток вампиров. Ты готов это допустить?
– Разумеется, нет!
– Тогда подумай как следует. С какой целью они притащили туда Лейн? И почему она до сих пор жива?
Это были хорошие вопросы. Меня затошнило при виде того, как фидер, стоявший ближе всех к Эверлейн, провел полусгнившим языком по ее голому плечу. С языка текла слизь. Монстр заскулил – отчаянно хотел впиться в плоть зубами, но сдерживался. Такая толпа вампиров могла растерзать девушку в мгновение ока, но что-то не давало им это сделать. Еще один вампир прижался к ее плечу, расплющив о него уродливый нос и дрожа всем телом – видеть добычу и не растерзать ее тотчас же противоречило его природе.
Рэн издал задушенный вопль – в тот момент он выглядел так, будто вопреки собственным словам сейчас сам бросится в реку. Его остановила Лейн, вскинув ладонь.
– Не надо! Стойте на месте! – крикнула она.
– Ты не ранена? – громко спросил Кингфишер.
Его единоутробная сестра печально улыбнулась:
– Со мной все будет хорошо, Фишер! Не волнуйся.
Она выглядела очень странно – бледная кожа как будто светилась изнутри, испуская эфемерное сияние. Теперь я видела, что светлые волосы развеваются не на ветру – казалось, они колышутся в воде. При этом ни сами волосы, ни кожа, ни одежда Лейн не были мокрыми. Дождь лил сильнее, чем раньше, но ни одной капли не упало на сестру Кингфишера.