Эх, житие мое, час от часу не легче!
— И куда же он отправился? — спросила, потерев лоб указательным пальцем.
Думай, думай, что делать! Для хорошего заживления ему нужен покой и правильный уход. В противном случае совсем скоро придется проводить повторную ампутацию.
— А этого я не знаю, — Йен беспомощно развел руками.
Ох, мамочки. И что теперь делать?
И где теперь искать блудного пациента? Куда потом его пристроить? Госпиталь, как назло, еще не готов, в гильдии лекарей я на птичьих правах.
А Лейн-то каков! Возможно, просто не захотел, чтобы молодые лекари видели, что мои методы работают и работают хорошо, вот и выгнал Тая поскорей. Признать меня — все равно что расписаться в собственных ошибках, позволить какой-то соплячке-магичке утереть себе нос.
Нет, местная медицинская помощь мне категорически не нравится. Так и будут еще лет сто топтаться на месте, лечась, условно говоря, подорожником. А потому я продолжу наносить добро и причинять справедливость: это уже дело принципа, азартный игрок внутри меня жаждет реванша. Они мне свинью подложили, а я им — две. И молодняк весь уведу.
Но пока решаем проблемы по мере их поступления.
— Нейра, — позвал Йен. — Мне кажется, я знаю, где сейчас может быть Тай Отто. В Левилле есть приют для бездомных, правда, они его не особо любят, потому что там заставляют работать, но все же… Может, проверим?
Сказано — сделано. Я была дико благодарна Йену за то, что отправился со мной. Чувствовалось в нем что-то родное, русское. Этот мальчик с внешностью херувимчика и обманчивой мягкостью обладал внутренним стержнем, который с возрастом должен только окрепнуть.
И я рада, что удалось с ним столкнуться в тот день.
Пока мы ехали в наемном экипаже к приюту, Йен пересказывал гильдейские сплетни. Болтали, что видели моего мужа заходящим в кабинет Ойзенберга, после чего лекарь был необычайно зол и чуть не выгнал одного парня с практики.
Со мной Норвин мог быть терпеливым и обходительным, настоящим рыцарем, а вот с другими… Огненный маг как-никак. Интересно, не поджарилась ли вероломная задница лекаря?
Эти мысли принесли мне мстительное удовлетворение.
Еще Йен сообщил, что одни сразу поверили в мою невиновность, другие считали, что меня надо гнать поганой метлой и не давать сеять смуту в рядах молодых лекарей.
Дедуля, нейт Бэйнс, нахваливал новую технику ампутации. Еще парень, смущаясь, сказал, что я понравилась большинству его одногруппников и они хотели бы снова увидеть меня на практике.
— Кстати, нейра, — спохватился Йен. — Завтра нейт Лейн будет проводить учебное вскрытие. Не хотите прийти?