— Я ее исследую, — процедил Ойзенберг. — Будет препарат для моей коллекции.
Изучая медицинские книги, я не нашла ничего похожего на злокачественные опухоли. Их нет в этом мире? Что ж, это немного успокаивает. Мы успели вовремя: еще чуть-чуть, и отвоевать жизнь больной было бы гораздо, гораздо сложнее.
Дальше следовало закрыть разрез и оставить дренажи для очищения раны. Восстанавливаться Диди будет не меньше двух месяцев, все-таки вмешательство очень тяжелое и травматичное.
Когда был наложен последний шов, я вытерла лоб сгибом локтя и тяжело выдохнула.
Сделав несколько шагов, почувствовала, как голову ведет, а ноги становятся ватными — явно откат после использования магии.
Последней мыслью было: «Лишь бы не упасть и не разбить себе череп, а то ведь… залечат».
Я снова видела глазами Эллен. Вокруг высились монументальные стены Магической академии, сновали студенты и преподаватели. Я видела жизнь своей предшественницы как на ускоренной перемотке, лица сливались, не отпечатываясь в памяти.
Я успела понять, что Эллен была девушкой скрытной и не слишком уверенной в себе. Она не участвовала в студенческих забавах, порой носящих злой характер, у нее не было близких подруг, только приятельницы. Видимо, маменька с папенькой хорошо подорвали ее самооценку, старались с раннего детства.
И сколько бы я ни окуналась в это липкое болото, в конце дорога всегда вела в подземелья, где тоже располагались аудитории. И что-то там произошло, что-то случилось, но мне никак не желала открываться правда.
Я снова стояла у двери, на пол падала ломаная полоса света. Я (или все-таки Эллен?) ничего плохого не желала, просто хотела сдать работу. Просто оказалась не в том месте и не в то время.
В этот раз мне удалось услышать одну неосторожно оброненную фразу.
«Всех свидетелей нужно убрать…» — произнес приглушенный смутно знакомый голос.
Убрать… убрать…
Черт возьми, надо уносить отсюда ноги!
— Как вы думаете, долго она проспит?
— Может, ей искусственное дыхание сделать? Или массаж сердца?
— Ну ты и извращенец! Так и скажи, что просто хочешь пощупать.
Голоса взрывали и без того усталый мозг, тело болело, словно я без подготовки целый час занималась фитнесом. Снова этот сон-воспоминание. Подразнит и исчезнет! Клянусь, мое терпение лопнет, если я не узнаю правду.
Стоило мне подать признаки жизни, как воцарилась тишина.
— Что вы там замышляете? — просипела я, принимая сидячее положение.
Подо мной был видавший виды диванчик, на стене напротив — доска. На столе стопка книг, чайник, несколько разномастных кружек и обглоданная головка сыра. Судя по всему, это комната отдыха для практикантов.