— Новости? Какие? Вам удалось что-то узнать?
Повисло молчание, а потом что-то зашелестело и торжествующий голос нейта Эйле произнес:
— Все прекрасно, я… заболел!
В лабораторию меня запустил Ули. Под глазами у паренька висели мешки, давно немытые волосы были затянуты в неряшливый хвост.
— Так и знала, что вы тут голодаете, — я поглядела с жалостью и протянула ему корзинку со свежими сырными булочками, копченым мясом и яблоками.
Увлекающиеся люди часто забывают обо всем на свете, кроме своего дела.
— Спасибо, но… — залепетал он, однако я пресекла все возражения, буквально впихнув ношу ему в руки.
— Ешь-ешь, Ули, мозгу нужно питание. Ты ведь у нас будущее научное светило, а гастрит и язва — не самые лучшие спутники, уж поверь. А где нейт Эйле? — спросила я и осмотрелась.
— Он ждет вас. Пойдемте, я провожу.
От его сонного вида мне захотелось зевнуть во весь рот, что я и сделала, когда Ули отвернулся. Перед походом сюда я выпила пару энергетических пилюль, чтобы не свалиться, за что получила нагоняй от Пискуна.
— Ты ведь знаешь, что это вредно! Организм работает на износ.
— Знаю, дружище. Жить вообще вредно.
Мой пушистый друг был, как всегда, прав, но на счету каждая минута. А отосплюсь… Ну, на пенсии, наверное. Если доживу.
— Ты невыносима, Эл!
— Тебе остается только смириться.
Мы прошли в дальнюю комнатку лаборатории. На диване в позе страдальца возлежал Сальвадор. Кожа бледная с легким желтоватым отливом, лицо осунувшееся.
— О, вы наконец-то пришли! — несмотря на больной вид, голос звучал вполне бодро и даже весело. — Сейчас-сейчас я встану, негоже валяться перед нейрой.
Кряхтя, он сделал попытку сесть, но рухнул обратно под горестный скрип пружин.
— Ох, сил нет вообще… простите.
Придвинув к дивану табуретку, я опустилась на нее и проверила пульс ученого.
— Не надо, не стоит утруждаться, поберегите себя. Когда вам стало плохо? Сколько вы выпили той воды?
Пульс его чуть частил, но в целом ничего критичного. Кожа была влажной и прохладной, глаза покраснели.
Ученый нахмурил брови.
— Мм… кажется, много. Да-да, очень много. Иной день только воду пил и ничего не ел. А дурно мне стало этим утром.
Больше двух недель этот естествоиспытатель глотал воду с предположительно зараженных территорий. Пока я работала в госпитале, они с Ули ползали по полям, осматривали скот, бесконечно опрашивали местных жителей. Получалось, что все странности начались около десяти лет назад, просто очень долго никто не обращал внимания.
Я покачала головой.
— Давайте-ка обследую вас магическим зрением.
Как и предполагалось, никаких признаков болезни я не нашла, его организм был абсолютно чист. Но откуда тогда взялись симптомы? Или я что-то упускаю?