Нейт Калвин, главный подпевала Ойзенберга, ходил растерянный. Те, кто раньше пытался меня затравить, игнорировал или смеялся, стали вести себя более уважительно, а некоторые практиканты даже хотели уйти за мной.
Почти каждый вечер я ездила проверить, как движется работа. А она подходила к концу. Как я и просила, стены облицевали гладкой плиткой, такую легко будет чистить дезрастворами. Водники и бытовые маги хорошо постарались, проведя водопровод по столичному образцу, сделали помывочные и туалеты.
Для операционной я купила магические бестеневые светильники, они стоили дороже обычных, но ради удобства можно было закрыть глаза на цену, которую, подпрыгивая от радости, содрал торговец.
Очень вовремя подоспела и огромная партия бриоля, и специальные артефакты связи: ими я планировала снабдить сотрудников для общения друг с другом. А для более качественной стерилизации инструментов не придумала ничего лучше, чем заказать магическую печь. Но не такую, какую мы использовали для готовки — она оказалась слабенькой. Литейщик, мастер Луйс, посоветовал печку, жар которой хорошо прогревал инструменты из ниция — металла с магсвойствами. Я была уверена, что высокая температура уничтожит даже самых злобных иномирных бактерий. Чем не аналог сухожарового шкафа? Голь на выдумки хитра, как говорится.
Тот же Луйс изготовил для меня подобие биксов — металлических коробок для хранения бинтов и повязок. В них будут раскладываться материалы после стирки и глажки, чтобы чуть дольше сохранить их чистоту. Да, этот способ далеко не идеален, но лучше так, чем никак.
Нейт Клавиус, взявший на себя большую часть всех забот, порой недоуменно хлопал глазами, удивляясь моей изобретательности и не понимая, зачем столько мороки.
— Для чего такие сложности, нейра? — спрашивал он. — Вам, конечно, виднее, но я все равно не понимаю.
— Поймете, дорогой нейт Клавиус. Обязательно поймете, — обещала я, загадочно улыбаясь и продолжая осматривать, чертить и планировать.
Комната для занятий была закончена первой. Маленькая, но уютная и светлая, с длинными партами и скамьями для учеников. На стены я повесила анатомические плакаты, доставшиеся в наследство от Эллен, туда уже переехали первые жители — Йорик и тряпичная кукла, которой я уготовила роль младенца. А список желающих присоединиться к обучению все полнился, и я не знала, смогу ли взять всех.
Сначала я решила подготовить тех, кто уже имел какое-никакое представление о повивальном деле, а после набрать класс с нуля. Что-то мне подсказывало, что скоро популярность акушерской науки взлетит в несколько раз, а женщины перестанут бояться, что их будет теснить гильдия, и смогут работать легально.