Она сделала изящный жест унизанной перстнями рукой в сторону высоких окон, выходящих на тренировочный плац.
- Отец, дорогой, - обратилась она к мужу, преданно заглядывая ему в глаза, - Помнишь, я говорила, что нашла для нашей девочки совершенно особенного жеребца? Из диких табунов Огненных гор. Он норовист, молод, в его жилах течет чистый огонь. Я подумала, что только такая искусная и смелая наездница, как Аделаида, сможет его укротить.
Мое сердце мгновенно сжалось в ледяной комок, пропуская удар. Она говорила о Ночном Призраке.
Она не изменила своим планам. В прошлой жизни эта лицемерная «забота» мачехи стоила мне раздробленной лодыжки, разорванных связок и нескольких месяцев мучительной, сводящей с ума боли. Расчет Геры был по-змеиному прост и жесток: изувечить меня. Сделать хромой, непривлекательной, жалкой. А в этой жизни - еще и неполноценной калекой, и идеальным, покорным сосудом для выкачивания магии.
- Какая невероятная забота, Гера! - искренне, густым басом восхитился отец, в своей привычной слепоте не видя смертельного яда за медовыми словами.
Я скосила глаза на Дейрана. Он медленно, очень медленно поднял взгляд от своей тарелки. Его глаза, обращенные на Геру, превратились в два осколка мерзлого янтаря. Он безошибочно почуял подвох.
Я заставила себя улыбнуться, хотя щеки казались деревянными, а под столом я до боли впилась ногтями в собственные ладони.
- Вы так добры ко мне, матушка. Я с огромным нетерпением жду знакомства с этим чудесным созданием. Я как раз собиралась немного размяться после вчерашнего.
Я знала, что они все пойдут смотреть. Гера - чтобы насладиться моим падением, хрустом моих костей и кровью на песке. Мая - чтобы вдоволь позлорадствовать над моим унижением. Отец - чтобы с гордостью полюбоваться на дорогой «подарок».
А Дейран… он пойдет.
Гкра не знала, что я давно уже приручила Ночного Призрака.
По ночам, когда весь замок погружался в сон, я пробиралась в дальние стойла. Я приходила к нему с медовыми яблоками и тихими, древними песнями, которые когда-то пела мне мать. Он был диким, да. Его тело было соткано из литых мышц и ярости, но он не был злым. Он просто до одури не доверял людям. Мы нашли общий язык, и он признал во мне хозяйку. И сегодня я собиралась устроить для своей дорогой мачехи поистине незабываемое представление.
***
Осеннее солнце едва пробилось сквозь разодранные тучи, когда мы вышли к открытому манежу. Слуги, бросив работу, высыпали во двор, плотным кольцом обступив ограждение, чтобы поглазеть на диковинного зверя из Огненных гор.