И в этот самый миг ударил холод.
Я почувствовала это кожей. Ледяное, мерзкое, склизкое щупальце чужой, злой воли, метнувшееся с трибуны и ударившее коня прямо в разум. Краем глаза я уловила, как губы Геры быстро, беззвучно зашевелились. Она шептала темное, ломающее психику животного заклинание, вливая в него чистый, концентрированный ужас.
Ночной Призрак взвился на дыбы с таким диким, паническим, почти человеческим воплем, что у меня заложило уши. Передние копыта взмыли высоко в воздух. Угол наклона стал критическим. Еще секунда - и он опрокинется на спину, подминая меня под себя, ломая мне позвоночник своей многопудовой тушей.
Служанки завизжали. Отец выхватил меч. Я увидела, как Дейран молниеносно оттолкнулся от столба, его глаза полыхнули пламенем, он уже бросился ко мне наперерез.
Но я была быстрее.
Я не стала судорожно дергать поводья, не стала бить коня. Я сделала то, чему училась по ночам - я обратилась к самой сути своей крови. Я выпустила свою драконью ауру.
Волна первобытной, древней власти хлынула из моего существа, окутывая безумного жеребца невидимым, тяжелым коконом.
Конь замер в воздухе, словно наткнувшись на невидимую стену. Его огромное тело задрожало крупной дрожью, сопротивляясь чужому мороку. А затем, тяжело выдохнув, он покорно и мягко опустился на все четыре копыта. Заклинание Геры разлетелось вдребезги, разбившись о мой щит, как хрупкое стекло о гранитную скалу.
Я медленно повернула голову. Гера смотрела на меня широко раскрытыми, полными суеверного, животного ужаса глазами. Она не понимала природу того, что сейчас произошло, но она безошибочно почувствовала силу, которая была на порядок древнее и могущественнее ее жалких шепотков.
Я грациозно перекинула ногу через седло и спрыгнула на землю. Похлопала дрожащего Ночного Призрака по мокрой шее и медленной, плавной походкой подошла вплотную к ограждению.
- Он поистине чудесный, матушка, - мой голос был звонким, сладким и холодным, как родниковая вода. Я улыбнулась ей так, что у нее дернулся глаз, - Такой темпераментный, но такой… послушный, если найти к нему подход. Спасибо за этот воистину королевский подарок.
Я выдержала паузу, наслаждаясь ее бледностью.
- Знаете, я сейчас подумала… Вы ведь всегда были такой искусной, такой бесстрашной наездницей. Не желаете ли прокатиться? Опробовать его шаг? Уверена, Ночной Призрак сочтет за честь нести на себе хозяйку этого дома.
Ловушка захлопнулась. Я видела, как в глазах Геры мелькнула паника. Отказаться сейчас, на глазах у мужа, который только что восхищался ее «щедростью», на глазах у слуг и, главное, перед лицом проницательного Дейрана - означало публично признать свой страх и расписаться в собственной лжи.