Я заставила себя сделать несколько шагов вперёд. Ноги были ватными, я чувствовала себя так, словно иду по тонкому, натянутому над бездонной пропастью канату. Я остановилась в двух шагах от него и плавно опустилась в безупречный, глубокий реверанс, опуская глаза.
- Милорд. Для нашего дома огромная честь принимать вас.
Он не произнёс ни слова из положенных по этикету приветствий.
Он просто шагнул ко мне в два широких, хищных, абсолютно бесшумных шага он сократил расстояние между нами, уничтожив моё личное пространство. Он навис надо мной, как несокрушимая скала, полностью заслоняя собой свет от пылающего камина.
И протянул свою большую, затянутую в чёрную перчатку руку.
- Леди.
Всего одно слово. Но его голос… Низкий, рокочущий, вибрирующий темным бархатом ударил меня прямо в солнечное сплетение, сметя все мои выстроенные защиты и заставив внутренности сжаться в тугой, горячий комок.
Я, не смея поднять взгляд, робко вложила свою ледяную, дрожащую ладонь в его раскрытую руку.
Его пальцы, даже сквозь тонкую кожу перчатки, были обжигающе горячими. Они властно, собственнически сомкнулись на моих тонких пальцах. Он медленно, не сводя с моего лица потемневшего взгляда, поднял мою руку к своим губам.
И в ту самую секунду, когда его горячие губы коснулись моей пульсирующей кожи на запястье… невидимая, но физически осязаемая, оглушительная волна чистой, первородной магии вырвалась из точки нашего соприкосновения. Она с рёвом ударила во все стороны с сокрушительной силой ураганного ветра.
Тяжёлые, пудовые бархатные портьеры на высоких окнах взметнулись к самому потолку, словно пушинки. Огонь в огромном камине яростно взревел, выплеснув на каменный пол сноп раскалённых искр. Все свечи в хрустальных люстрах разом, с шипением погасли, погрузив огромную гостиную в тревожный, грозовой полумрак.
Снаружи, прямо над крышей замка, небеса раскололись. Раздался оглушительный, сотрясающий основы мироздания раскатистый удар грома, от которого жалобно зазвенели витражные стёкла. Настоящая буря, вызванная нашим соприкосновением, обрушилась на землю.
Я испуганно вскрикнула, попытавшись отдёрнуть руку, но он держал ее крепким хватом. Гера сдавленно ахнула, роняя свой драгоценный веер. Мая тонко, панически взвизгнула, вжимаясь в диван. Отец от неожиданности отшатнулся и грязно выругался, хватаясь за эфес меча.
Но мы с Дейраном не двигались с места. Мы стояли в эпицентре этого магического шторма, намертво сцепив руки, и смотрели только друг на друга.
От места его властного поцелуя, вверх по моему бледному запястью, стремительно разбегалась огненная вязь. Серебряные, ослепительно светящиеся в полумраке линии сплетались в сложный, древний, рунический узор. Тот самый узор, который был на моей коже с самого рождения в виде бледной, едва заметной полосы, которой я никогда не придавала значения.