- Окажете честь, леди Марцел?
Едва я вложила свою ладонь в его руку, то сразу почувствовала, как воздух вокруг Валериана наэлектризовался. Его челюсть резко сжалась, в грозовых глазах промелькнула яростная, собственническая вспышка. Он сделал едва заметный жест слуге, стоявшему у стены.
Секунду спустя этот слуга, неся поднос с бокалами вина, якобы случайно протиснулся мимо нашего круга танца. Но его взгляд был прикован исключительно к моему левому запястью. Он проверял, на месте ли браслет.
Я вежливо улыбнулась своему партнеру, но внутри все сжималось в ледяную пружину. Они торопились.
***
В самый разгар бала тяжелые двери зала снова распахнулись. Музыка смолкла не сразу, но гул голосов мгновенно утих, распадаясь на удивленные вздохи.
В зал вошла Гера.
Она двигалась медленно, опираясь на изящную серебряную трость с набалдашником из темного камня. Ее платье из глубокого черного бархата сидело безупречно, подчеркивая ее тонкую, хищную талию. Лицо скрывала плотная вуаль, но сквозь кружево были видны ее темные, лихорадочно блестящие глаза. После падения с коня она еще не оправилась полностью, но выглядела величественно.
Она направилась прямиком ко мне под прицелом сотен любопытных глаз. Королева Изольда на своем возвышении едва заметно кивнула, давая знак.
Перед всем двором разыгрывалась безупречная, лицемерная сцена семейной драмы.
- Дочь моя… Аделаида, - елейный, дрожащий от фальшивой нежности голос Геры разнесся по залу. Она прижала ладонь к груди, - Какое счастье видеть тебя здоровой. Я не могла оставаться на Севере, когда узнала, в каких суровых, спешных условиях вас везли в столицу. Мое материнское сердце разрывалось от тревоги за твою слабость.
Она подошла вплотную. Запах болотных трав, сушеной крови и едкой магии ударил мне в нос, заставив сглотнуть вязкую слюну.
Королева Изольда поднялась со своего места, и громко заговорила.
- Леди Гера Марцел проявила истинное благородство и преданность. Учитывая состояние здоровья леди Аделаиды, корона официально разрешает ее мачехе остаться во дворце в качестве личной опекунши на все время Отбора.
Зал одобрительно зашумел - «Какая забота», «какое великодушие».
Гера шагнула ко мне и раскрыла объятия. Я была вынуждена податься вперед, позволяя ей прижать мое тело к своему жесткому корсету. Ее холодные руки сомкнулись на моих лопатках.
И в этот момент, у самого моего уха, сквозь плотную вуаль, прошипел ее настоящий, ядовитый голос:
- У меня для тебя есть небольшой подарок, дрянь. Ты навсегда упадешь в объятия принца. Он твоя судьба.
Она отстранилась, на ее лице сквозь кружево вуали играла торжествующая, змеиная улыбка.