На площади, на помосте деревянном, застеленном тканью, спешно установили столб ритуальный, гладкий и блестящим, словно отполированным множеством ладоней. На столбе грубо, друг над другом были вырезаны звери: бер, рыс, волк, росомаха, лисица. Конечно, венчал сей столб олень с рогами и весьма приличными клыками. Марика про таких только слышала, но никогда не встречала. В ее лесу олени были куда безобиднее.

У столба стоял ненавистный ей волхв Зимогор. Ей вдруг захотелось развернуться и убежать прочь, но Ольг успел поймать ее за локоть и шепнуть:

— Не бойся, я рядом.

И Марика разом успокоилась. Рука об руку молодые подошли к Зимогору. Сегодня, кстати, в свежей рубахе, меховых сапогах и накинутой на плечи волчьей шкуре.

— Поклонитесь беру, отцу вашему! — громовым голосом повелел волхв.

А как не поклониться, коли он — самый первый из зверей, всех остальных на своих плечах держащий?

Ее узкая ручка на оскаленной морде зверя. Его горячая и надежная ладонь, накрывшая тонкие озябшие пальцы. Шелковая алая лента, связывающая их запястья воедино.

— Обручаю вас силою солнца, неба, земли, воды и крови. Свидетелем сему весь Бергород и Лисгород в лице бояр Вольских. Да благословит ваш союз бер! Его тропами вы оба ходили и дальше ходить будете, зная, что брат старший вас от недругов защитит и никогда не обидит.

Лента эта, видно, была колдовская, а может, и вовсе не было ее, лишь морок. Потому что шелковые ленты не вспыхивают искрами огня и не обжигают запястья, впитываясь в них огненным узором. Марика успела разглядеть диковинный узор на коже — одинаковый и у нее, и у Ольга, в виде цепочки беровых следов. Он мелькнул очень быстро и тут же пропал. А может, ей и вовсе почудилось. Снова морок?

Да разве это важно? Они теперь обручены. Навеки будут вместе.

— От того и называется обручение, что руки ваши теперь связаны, — пояснил волхв народу. — А теперь — пировать! Славный пир да на свадьбе — что может быть лучше?

Словно только этих слов отроки и ждали. Выкатили на помост бочки с хмельным вином да с пивом, вынесли огромные подносы с пирогами. Загудели костры под котлами степняков. Закричали, затопали бергородцы, полетели в небо шапки, а под ноги князю с княгиней — зерно да мелкие монеты, чтобы брак был богатым на потомство. Никто нынче не уйдет с площади голодным и трезвым! Но Ольг и Марика этого не замечали. Стояли, держа друг друга в объятиях и улыбались, как блаженные. А потом князь поцеловал свою жену так крепко, что народ снова радостно завыл. Оставалось только косу ей заплести и надеть кокошник — головной убор замужней женщины.