Сбоку же от меня села дама. На вид ей можно было дать около тридцати лет; скромный серый костюм наподобие моего был дополнен туфлями на пробковой подошве, кудрявые каштановые волосы — уложены в аккуратные валики спереди и собраны в сеточку сзади. Вид у дамы был взволнованный:
— Ну и ветрище! — сказала она по-английски. — Я уж испугалась, что надует тучи, и будет нелётная погода.
— Судя по прогнозу, ветер должен скоро стихнуть, — отозвалась я.
— Так вы американка? Я так и думала. Поэтому по-английски и заговорила.
— Из другого штата… Но, да, я американка. А вы как догадались?
— Даже не знаю, вид у вас какой-то американский, не русский, — дама рассмеялась. — Может, выражение лица другое, что ли? Наверное, в зависимости от того, на каком языке человек привыкает говорить с детства, у него него формируется мускулатура лица, а, следовательно, и его выражение.
Я вгляделась в лицо незнакомки. Кажется, в её внешности действительно было что-то не наше, иностранное. Да и говорила она, хоть и очень хорошо, но с лёгким, едва уловимым акцентом.
— А вы, стало быть, не отсюда…
— Да, я русская. Нина! — представилась дама.
— Эвелина, — ответила я, следуя легенде.
— Очень приятно! Вы путешествуете одна? Должно быть, по каким-то важным делам?
— О нет, я еду с мужем. Он в хвосте. Мы хотим посмотреть на Москву и на Ленинград. Знаете, мы много наслышаны о Советском Союзе и давно мечтали увидеть его своими глазами. У нас, конечно, говорят об СССР в основном плохое… Но нам хочется проверить, так ли это. Муж скопил денег, и вот, после свадьбы мы решили отправиться в Москву.
— Так вы летите в свадебное путешествие! Поздравляю! Ваш муж так же молод, как и вы?
— Спасибо, — я смутилась. Но легенда есть легенда. — Он немного старше. Наши родители говорили, что нам не следует ехать в СССР. Но мы всё же настояли на своём.
— Эвелина, вы очень счастливая женщина, — ответила мне новая знакомая. — Свадебное путешествие на другой конец земли, подумать только! Когда я вышла замуж, мы с мужем отправились в Сибирь.
— В Сибирь? Но зачем? Разве там интересно?
— Нужно было рыть шахты для ракет с ядерными боеголовками. Это была всесоюзная комсомольская стройка, и нас туда записали.
— А что, отказаться нельзя было?
— Это было опасно, — тут Нина понизила голос. — Наши семьи и так были не на хорошем счету у коммунистической власти. Моих родителей расстреляли как врагов народа. Чудом мне удалось избежать детского дома и остаться жить у тёти. А предки мужа были раскулачены: их выгнали из дома, отобрали всё имущество и сослали на острова в Белом море…