— Ава Симмонс! Привет! Ты зачем среди ночи звонила?
— Извините… Я звонила, потому что у нас говорят, что вы умерли.
Сталин хмыкнул:
— Видишь теперь, что такое ваша буржуазная пропаганда?
— Угу…
— Живой я, поняла? А радио у вас там врёт как дышит.
— Да… Пожалуй…
— Ты доставила посылку?
— Ещё нет. Товарищ Сталин, мне тут только что сообщили ещё одну странную новость. Говорят, что Элвис улетает выступить в лунные штаты. Скорее всего, он уже улетел. Или где-то в пути. Я боюсь, что…
— Поезжай к нему немедленно! — отрезал «вождь народов». — Я всё понял! Эти черти про нас слухи распускают! Хотят, чтобы Элвис поверил, будто я мёртв, и чтобы ему было неудобно отказаться от гастролей, о которых уже всюду раструбили! Вся эта дезинформация только для одного — чтоб заставить его улететь!
— Кого… заставить?..
— Элвиса, конечно! Увезти его!
— Но куда, товарищ Сталин!.. Что за черти?.. Как-то я всё меньше понимаю…
— Тебе и не надо, — ответил диктатор, слегла успокоившись. — Просто не тяни больше резину. Поезжай к нему сейчас же! Поняла?
— Поняла… Что, иначе его увезут?
— Да. Ну всё, одевайся, машину зови и вперёд!
Я нажала «сброс». Надела новое платье, наскоро расчесалась и заплела две косички — делать настоящую причёску было некогда.
Потом снова вызвала такси и назвала адрес:
— Бульвар Элвиса Пресли, 3717.
Водитель посмотрел на меня как на чокнутую фанатку, но промолчал. И прекрасно: слушать о том, что при каждом втором вызове девушки называют ему именно этот адрес, мне было совершенно ни к чему.
Сев в машину, я задумалась о том, что на земле, кажется, есть всего два человека, чьими именами называют улицы при жизни. В голове неожиданно всплыли слова, услышанные мною больше месяца назад через окно одного номера гостиницы: «Не хочу туда ехать! Не хочу и всё!».
Меня везли туда, где я мечтала побывать всю свою жизнь.
Но теперь мне было так страшно, что больше всего хотелось попросить таксиста повернуть обратно.
Возле кованых ворот, изображающих нотный стан и первые звуки «Люби меня нежно», толпилось не менее сотни девчонок и с ними ещё несколько парней. К воротам было просто не пройти. Время от времени кто-нибудь из самых беспокойных принимался штурмовать их, но всякий раз был останавливаем охраной, находившейся с той стороны. Те, кто не уместились возле ворот, ошивались вдоль забора, полностью исписанного признаниями в любви. Временами толпа принималась скандировать: «МЫ ХОТИМ ЭЛВИСА», «НЕ УЕЗЖАЙ» или «ЭЛВИС, ВЫХОДИ».
Выходить, похоже, к ним никто не думал — если вообще дома был. Тем не менее, толпа не редела. Если кто-то уходил домой, то его место занимали тут же новые поклонники. Поодаль была целая стоянка их машин. А напротив ворот размещался палаточный городок из пяти палаток. Я слышала о том, что есть фанаты, которые живут под дверью Элвиса, но как-то не думала о том, что воочию их увижу.