Интересно, как там все ребята? Петси, Пенси, Ронни, Вики?.. Нашёлся ли Сэм? Поменяли ли пластинки в музыкальном автомате в «Реакторе»?..
Я закрыла глаза и попыталась представить себя в любимой закусочной.
Но в место этого разум подсунул мне образ Лжеэлвиса, целящегося в меня из лазерного пистолета… а потом падающего, словно тряпичная кукла.
На следующее утро, пробудившись, я сперва обнаружила, что Марина уже ушла на работу, а затем — оставленный мне на столе кусок хлеба и парочку рыб из консервов. Этот библейский паёк выглядел не очень-то лакомым, но день, я решила, на нём продержусь, не помру…
Однако, стоило мне высунуться из комнаты, как оказалось, что жить до вечера на хлебе и рыбах не придётся. Народу в квартире теперь было ещё больше, чем вчера. И я вскоре заподозрила, что немалая часть его — это не жильцы, а те, кто пришёл поглазеть на американку. Меня провожали взглядами в туалет и из туалета, наблюдали, умоюсь ли я, проследили, как иду на кухню, наливаю себе кружку кипятка… А потом заботливо предложили чаю. Потом пирожок. Потом яблочко. Потом бутерброд с чем-то белым, молочным. Потом немного жареной картошки — но не из фритюра, со сковородки… Чай я к тому времени весь выпила, поэтому налили ещё стакан какой-то кисломолочной штуковины. Звучит это кощунственно, но я чувствовала себя едва ли не младенцем Иисусом, которому волхвы, счастливые лишь от того, что Он появился, тащат подарки.
Дейтерий устроился рядом и всех представлял мне:
— Это тётя Маша. Он вас угощает, желает приятно быть в СССР. Это дядя Слава. Он за мир. Это Радиола Коммунистовна… эту картошку она прошлый год собирать на колхозе «Дорога Ильич».
Я наелась от пуза, но, конечно же, была немало смущена этим вниманием. Поэтому решила сидеть в комнате и по возможности не высовываться.
Оказалось, это бесполезно.
Ко мне почти что сразу постучали. На пороге снова был Дейтерий — в этот раз с каким-то новым мужиком.
— А это Декабрист Вениаминович. Он хочет сказать очень уважает великая американская культура Стейнбек и Драйзер.
Стоило мне, обменявшись несколькими вежливыми словами с Декабристом Вениаминовичем, закрыть дверь, возлечь на койку и расслабиться, как снова постучали.
В этот раз Дейтерий привёл двоих странных ребят. Это были молодые парень с девушкой. Парень был в пиджаке размера на три больше нужного, брюках, из которых явно вырос, в нелепо пёстром галстуке, ботинках на платформе и с причесоном, похожим на рог носорога. Девушка выглядела не настолько безумно, но как-то вызывающе по-праздничному: в жёлтом платье с очень узкой юбкой, на шпильках и ярко накрашена.