Обитатели дворца тоже являли собой занятное зрелище. Мы встретили по пути целые толпы фейри в причудливых одеждах и с настолько необычными лицами, что я то и дело мысленно призывала себя к порядку – мол, нельзя на них так таращиться. У каждого были остроконечные уши, но на этом сходство заканчивалось. В толпе мелькали шевелюры всех цветов радуги, глаза естественных и сверхъестественных оттенков. Одни фейри были высокими и стройными, другие – низенькими и коренастыми. И все без исключения косились на меня с неприкрытой враждебностью, пока я спешила за Эверлейн, стараясь подстроиться под ее стремительный грациозный шаг.

Во дворце царил всепроникающий холод. Когда я перед выходом из комнаты, в которой очнулась, попросила у Эверлейн какую-нибудь накидку, она посмотрела на меня с недоумением, но беспрекословно дала шелковую шаль. Однако это меня не спасло. Студеный воздух, казалось, проник до самых костей, ледышками застыл в суставах, а зубы у меня клацали так, что я сама это слышала, пока мы приближались к месту назначения.

– По-моему, ты притворяешься, – лукаво покосилась на меня Эверлейн. – Тут же камины на каждом углу. И даже если бы в них не горел огонь, во дворце все равно было бы тепло. Здесь в любое время поддерживается комфортная температура воздуха.

– Как поддерживается?

Не то чтобы я ей не поверила… Ну ладно, конечно же не поверила! Я всю дорогу отлично видела, как мое дыхание превращается в пар.

– С помощью магии, разумеется, – отозвалась Эверлейн. – Ответственные за климат по всей Ивелии держат холод под контролем.

Я опешила. Мой разум не мог осмыслить услышанное. С помощью магии?! Она сказала это так просто, как будто подобное было в порядке вещей, а не чем-то невозможным и запредельным для понимания. Однако мои представления о невозможном уже настоятельно требовали пересмотра. Если Эверлейн существует на самом деле, почему я отказываюсь верить в магию? Ведь в реальности Эверлейн я вроде бы перестала сомневаться. Оставалась, конечно, некоторая вероятность, что все это я вижу в предсмертном бреду, но она неумолимо убывала с каждой секундой, по мере того как девушка-фейри уводила меня все дальше в недра ивелийского дворца. Галлюцинации явно прекратились, когда я очнулась в этом месте. А вот сколько еще продлится кошмар наяву, было неизвестно.

Коридоры в итоге все-таки закончились – мы свернули в просторное помещение, в глубине которого была массивная резная двустворчатая дверь высотой в двенадцать футов. По обеим ее сторонам стояли стражи – местные королевские гвардейцы в полном боевом облачении. Пока мы шли к двери, над нами вились маленькие птички с ярким разноцветным оперением, чирикая на все лады и совершая в воздухе причудливые кульбиты. У меня перехватило дух от этой красоты. При других обстоятельствах я непременно замерла бы как вкопанная и с наслаждением понаблюдала за этим воздушным эквилибром, но в тот момент сердце у меня глухо бухало кузнечным молотом, ладони взмокли и взгляд неумолимо тянуло к величественным дверным створкам, а воображение пыталось нарисовать то, что ждало меня за ними. При ближайшем рассмотрении оказалось, что стражи здесь еще внушительнее тех, что несли караул у моей комнаты, но Эверлейн не удостоила их и взглядом. Она даже не замедлила шаг, приблизившись к резным створкам, а латники, до этого стоявшие неподвижно, как статуи, ожили и, синхронно взявшись за дверные ручки, распахнули перед нами двери.