– Пожалуйста, без глупостей. Мечи вам тут не помогут. Неужто вы не чуете, что витает в воздухе? – Он осклабился, указав на небо, с которого по-прежнему падали, кружась, хлопья пепла. – Это место – не что иное, как кладбище. Здесь воздух пронизан смертью, а твердь под вами – прах и кости. Ваша магия здесь бессильна.

Мадра издала презрительный смешок. На ее прекрасных волосах, заплетенных в тяжелую косу, сверкнула корона.

– Надо было позволить им рискнуть, брат. Мне так хотелось увидеть их лица в тот момент, когда они сами поняли бы, в какое безвыходное положение попали.

Брат?.. Она назвала Беликона братом?!

Человек, фейри и вампир – все трое с одинаковым чувством злорадного удовлетворения смотрели на нас, пришедших в замешательство.

Я не сумела удержать язык за зубами:

– Вы правда считаете ее своей союзницей? Большая ошибка. Это Мадра заморозила ртуть и закрыла порталы между вашими мирами.

Беликон фыркнул:

– Ну ясное дело, это была она. Кто же еще? Мы всегда знали, что это сделала Мадра. И поначалу, конечно же, злились. Но удивительное дело – с течением веков подобные мелкие размолвки кажутся такими незначительными…

– Да-да, – кивнула Мадра. – К тому же порталы мне пришлось закрыть только потому, что вы послали того зверя убить меня. Так что мне тоже было на что злиться.

Беликон склонил голову, милостиво принимая обвинение:

– Так и есть, так и есть. Ты совершенно права, сестра. Ошибок наделали обе стороны. К счастью для всех нас, мы нашли возможность уладить разногласия. И теперь, когда наш Триумвират снова воссоединился, мы вместе куда могущественнее, чем были прежде.

Выходит, Беликон все знал? Много веков ему было известно, что Мадра закрыла порталы, но обвинял он при этом отца Кингфишера. Беликон отправил Финрана в Зильварен на верную смерть, а потом всенародно возложил на него, владетеля Калиша, вину в том, что сообщение между мирами прервалось. Назвал его предателем и бросил тень позора на весь Калишский дом… Эдине, супруге Финрана, пришлось за это расплачиваться, и Кингфишеру тоже – всю жизнь.

Я задохнулась от ярости, не сводя глаз с ивелийского короля.

И Лоррет, похоже, разделял мою ненависть.

– Стыд и позор на твою голову! – процедил он сквозь зубы. – Как ты можешь сидеть рядом с Малькольмом, Беликон? Наш народ ведет с ним войну столько лет…

– Войну? – ухмыльнулся король фейри. – Мы с ним никогда не воевали, дурень. Я всего лишь кормил армию своего брата.

Ну вот, опять прозвучало слово «брат». Я все еще не понимала до конца, что тут творится, но некоторые фрагменты головоломки уже начинали складываться в единую картину. Беликон отказывался поставлять провиант и оружие в Иррин. Он ввел в королевстве запрет на торговлю серебром – единственным металлом, с помощью которого можно убивать таких, как Малькольм, – и не допускал его поставок на юг. Логично – зачем снабжать всем необходимым воинов, которым суждено погибнуть и пополнить собой ряды мертвецов в полчищах короля вампиров? Зачем давать оружие бойцам, если король фейри не хочет, чтобы они убивали врагов?