Теперь к аромату свежей выпечки примешивался запах кофе. И сливочного крема. И еще чего-то сладкого. Но именно кофе в конце концов заставил меня встать с кровати. Слегка покачиваясь от головокружения, я завернулась в простыню и поплелась искать источник ароматов.
Гостиная была залита солнечным светом. Пыльные чехлы исчезли с мебели и картин, открыв взгляду уютное пространство, наполненное безделушками, книгами и всякими мелочами, которые придавали комнате обжитой, домашний вид. На каминной полке теснились стеклянные банки с углем, красками и кисточками.
Кингфишер сидел за круглым столиком у окна, вытянув длинные ноги. Солнечные зайчики играли в его волосах, и кудри цвета воронова крыла в их свете казались каштановыми. Свет золотил и половину его лица, смягчая резкий абрис челюсти и гордую линию носа. Погруженный в свои мысли, он смотрел в окно на ветви деревьев за стеклом, слегка колеблемые ветром, и казался умиротворенным. По крайней мере довольным. Я не стала сразу выдавать свое присутствие – хотелось дать ему насладиться моментом покоя. К тому же мне было страшно: нам столько нужно было сказать друг другу, и я опасалась этого разговора, поскольку думала, что ничем хорошим он не закончится…
Кингфишер закрыл глаза, подставив лицо солнечному свету.
– Я не знал, какой кофе ты предпочитаешь, – тихо сказал он.
Блин…
– Ты давно в курсе, что я тут стою?
– Я всегда в курсе, где ты, Оша. – Он грустно улыбнулся, открыл глаза и обернулся ко мне. Улыбка сделалась дразняще опасной, когда он окинул меня взглядом.
– Я собиралась одеться, – поспешно пояснила я, – но в той сумке, которую ты мне дал, одежды не было. Ценю твою заботу, однако ножи четырех разных видов, полевая аптечка и бутылка спиртного показались мне лишними. А вот смены нижнего белья и зубной щетки там очень не хватает.
Он фыркнул от смеха:
– Справедливое замечание. Приму к сведению. В следующий раз положу только два ножа и фляжку вместо бутылки. Про трусы и зубную щетку тоже постараюсь не забыть.
Я рассмеялась.
– Свою вчерашнюю одежду я нашла разорванной в лоскуты на кровати, так что простыня осталась единственным вариантом.
– Не беспокойся. Я постараюсь компенсировать свой недостаток хороших манер. – Кингфишер повел рукой, и волна мерцающего искрами черного дыма хлынула ко мне по ковру, завихрилась вокруг лодыжек, приятно защекотав кожу, поднялась до плеч и схлынула, оставив на мне за собой роскошные черные шелка. Штаны, наколдованные Кингфишером, были просторными, свободного кроя; кофточку с длинными рукавами, доходящую до талии, украшало изящное кружево вдоль низкого выреза. О нижнем белье его магия не позаботилась – мои острые соски отчетливо проступали под тонкой тканью.